— К твоему сведению, — сказала я, поправляя бретели платья. — Я смотрела не на огнетушитель, который ты купил. А на вакуумные стимуляторы.
Он хохотнул.
— Что смешного?!
— Да нет, ничего. Пока что ты успешно воспользовалась вибратором Бёрн, усовершенствованная модель.
— Нет там ничего усовершенствованного, — ехидно ответила я. — Все осталось как было.
— Но тебя и так все устраивает, — снова заржал он, а потом вдавил педаль газа в пол с такой силой, что меня вжало в сиденье.
Клянусь, он словил с десяток штрафов за превышение скорости, но я сейчас даже не возражала. Наш автомарафон меня только раззадорил, поэтому я неосознанно сунула ладони между колен и поняла это только тогда, когда почувствовала взгляд Виктора на своих коленях. Взгляд тяжелый, огненный, обжигающий кожу. Вот не зря его в универе называли Бёрн.
— Судя по выражению твоего лица, Ромашка, ты о чем-то серьезно задумалась. — В его голосе звучал сарказм.
— Пытаюсь представить тебя на страницах женского календаря для пожарных. Знаешь, таком эротическом… тебе бы пошли подтяжки.
— Можешь просто попросить, и я сделаю эту фотосессию для тебя лично.
Я расхохоталась. Впервые за долгое время я чувствовала себя легкой и… словно не было всех тех лет, которые нас разделили. Как будто я снова молодая девчонка, и мы едем по городу, и все у нас хорошо. Нет никаких «но», впереди только целая жизнь. Огромная, бескрайняя, как раскинувшееся над нами звездное небо.
Правда, ту девчонку Виктор ни за что бы не затащил в магазин для взрослых.
Мы с ним поднимались по лестнице быстро и взявшись за руки, как будто негласно договорились на ролевую игру «Вернись в прошлое». Я чувствовала, как его пульс отдается в мою ладонь, и могла думать только о том, что там в его пакете, когда…
— Мам? Пап? Вы где были?
Вопрос Руслана и сам Руслан возникли настолько внезапно, что я дернулась и остановилась. Сын, взъерошенный, в мятой футболке и шортах, стоял перед нами, и я чувствовала себя так, как те самые мамы, которых дети застают за непристойностями. У меня не было ни малейшего шанса узнать, как же они себя чувствуют до того дня, как в моей жизни снова появился его отец. Потому что между Русланом и возможностью личной жизни я всегда выбирала Руслана. И я бы никогда не привела никого домой, чтобы оказаться в такой вот ситуации, а сейчас… сейчас мои щеки напоминали факелы, хорошо хоть в доме было темно: мы не стали включать свет, когда поднимались.
— Мы были в магазине, — совершенно не растерялся Виктор. Если он сейчас скажет в каком, я его убью.
— Ночью?
— Ну да. Приложение сбоило, — невозмутимо ответил тот. — Заказать не смогли, и вот, поехали.
В темноте рассмотреть логотип магазина восемнадцать плюс на пакете было нельзя, но Руслан все равно фыркнул.
— Ладно, окей, — сказал он.
И замолчал. Пауза затягивалась.
— Так вы мне дадите пройти? Я за водой шел. — Сын кивнул на лестницу. — Забыл бутылку взять на ночь из холодильника.
— А, да, — я потянула Виктора на себя и оттеснила его к стене, чтобы Руслан даже случайно не рассмотрел, что там в пакете. Сын прошел мимо, застучал босыми пятками по лестнице, а мы переглянулись. Виктор потянул меня к себе в спальню, но я уперлась.