Лара так и застыла, оставив свой собственный ротик открытым. Так, словно сама собиралась её съесть!
— Ну, так что? — прожевав, подмигнул ей «прожорливый малый».
— Ничего, — покачала она головой, — Я пойду.
— За Динамо болеешь? — послышалось в спину.
Она обернулась:
— Я футбол не смотрю.
Вадик хмыкнул, в глазах промелькнула досада.
— Странная ты баба, Ларис. И чего тебе надо? — звучало так, словно себя он считал воплощением черт, за которые женщина душу продаст и отдастся.
— Я не баба, а женщина, — ответила Лара. Точно именно это давало ей повод уйти.
Глава 6
На приём к участковому Лариса Витальевна записалась на среду. Оказалось, не так уж и просто попасть!
— А могу я узнать, кто живёт по-соседству? Мне всего-то и нужно, узнать, — настоятельно требовала она.
Но суровая женщина в форме сказала:
— По записи.
И теперь нужно было дождаться среды, чтобы выяснить, кто этот самый сосед. Между тем, в понедельник она не столкнулась с ним. Но отчётливо слышала звуки сериала! Уже привыкшая к тому, что покоя не будет, слегка удивилась тому, что в вечернее время её отвлекло не бормотание соседского телевизора, а крик, доносящийся с улицы.
Открыв форточку, Лара прислушалась. Крик был не с улицы. Кричали, смеялись и громко ругались где-то поблизости. А именно, снизу! Насколько ей было известно, там проживала спокойная бабушка. Вот только она уезжала на лето на дачу, и возвращалась обратно уже в сентябре. Выходит, пустила кого-то в квартиру? Детей? И те, безнаказанно стоя на нижнем балконе, устроили полный разгром.
— Слишь, Зуб! Ты бы полегче! А то вылакал всё, ничего не осталось! – прокричал мужской голос. Громко хлопнула створка балкона. И послышался хохот. Сразу несколько шумных парней невпопад принялись выяснить, есть ли в доме спиртное.
Лариса, опасливо выйдя на собственный тесный балкон, приоткрыла окно и просунулась, чтобы увидеть воочию, кто производит немыслимый шум. И точно! Этажом ниже стояла компания. В каждом из окон, которые парни открыли, помещалось по две, а то и по три головы.
— Ебать тебя в рот! – заорал кто-то.
Вечером звуки отчётливо слышались. Даже сквозь шум проезжающих неподалёку машин. И усиленный эхом раскатистый бас прокричал:
— Да ебись ты конём, Кочерыжка!
С виду им было лет двадцать. Насколько Лариса могла судить. Она видела только макушки. И то, как они пропадали, а затем появлялись опять в поле зрения. Неожиданно вниз полетела бутылка от пива! Гулявшая снизу девчонка с собакой с трудом умудрилась её «не поймать».
— Слышь, Димон, ты чё делаешь, нах? – ворчливо отвесил ему подзатыльник другой нарушитель спокойствия.
— А хули она тут стоит? – прокричал в его адрес «бросатель».
Лариса так сильно вцепилась в оконную створку балкона, что пальцы её побелели. Неужто, соседка могла быть бабулей кого-то из них? Если так, то это лишь подтверждало теорию Лары о том, что наследственность мало что значит.
По команде с балкона на тёмный газон полетели бычки.
— Мой, сука, первый! – вскричал недомерок из своры. И ставня окна опрокинулась так, что стекло зазвенело на весь взбаламученный двор.