— А зачем он тебе? – вскинул он брови.
— Ну, как же! Билеты, забыл? – с лёгкой долей обиды ответила Лидия.
— Ах, да! Извини, — хлопнул себя по лбу Кирилл, и вынул из брюк тонкий белый квадратик, — Вот, возьми. Здесь мой российский контакт. Правда, симка сейчас не активна. Но ты всегда можешь найти меня в мессенджерах.
Квадратик когда-то был белым, а сейчас потерял белизну. Видно было, впитал в себя влагу. Крупинки песка, что ссыпался в карман, надёжно прилипли к картону…
«Какая же гадость эти сигареты», — подумала Лида, ощущая во рту горький привкус табачного дыма.
— Чудесно, Кирилл! Благодарю, — покивала она. И ушла.
А Кирилл, получивший свободу, пошёл к своей нимфе и встал рядом с ней. Чтобы фотограф запечатлел этот чудный момент.
Подойдя к своему лежаку, Лида вспомнила, что диктофон до сих пор её пишет. А она чертыхнулась разок, когда чуть не упала, споткнувшись об оставленный кем-то кокос. Она сохранила полученный файл, обозвав его «Запись улик». И присела под зонтик, на свой опустевший шезлонг.
Маня тут же проснулась. Простонала под шляпой:
— Мамуль, это ты?
— Я, я, милая, — Лида погладила дочь по спине. Что не сделаешь ради любимых. Даже пойдёшь на обман! Лишь бы только они были счастливы. Хотя… Обманывать обманщика, значит – рассказывать правду. Так что, выходит, она ни причём.
Глава 4
Отель, где Войцеховский снял номер для себя и своей юной пассии, находился ещё дальше в море, почти на горе. Затаённые в тени пушистых тропических пальм небольшие бунгало, буквально сливались с природой. Словно домики сами выросли тут по велению неких неведомых сил, а не являли собой рукотворный ансамбль.
Ими Лидия с радостью любовалась, заплывая к буйкам. К ним она шла в это утро, получив приглашение в месенджер, непосредственно от Кирилла. Ступени были крутыми, опасными. Внизу – только море, лизавшее камни. Оступишься – смерть! Потому за перилла она держалась так крепко, как только могла.
Кирилл написал ей ещё ранним утром. Очевидно, хотел обсудить тот контент, который был прислан ему накануне? Недолго думая, Лида нашла режиссёра в сети интернет и отправила всё, что сумела собрать. «Мини-муви», как любила говорить Манюня. А также запись их разговора на пляже. Где он буквально признался в измене жене.
Было ли Лидии стыдно? Ну, разве что, капельку! Ведь она не послала его компромат самой Гале. Да и, признаться, совсем не хотела его посылать! Грязное это дело – вмешательство в чужую семью. Не её это дело! Ей лишь надо было устроить судьбу своей дочери. И, коли уж выпал такой редкий шанс…
Из-за выступа серой горы показался уютный морской уголок. Часть отеля, где, кроме ресепшена, был ресторанчик с террасой, шезлонги и барная стойка. За одним из столов она сразу увидела цель. Кирилл помахал ей.
— Ну, ты и нашёл местечко! Я еле взобралась сюда, — сказала она, опускаясь на стул с мягкой белой подушкой.
Вынув из сумочки веер, Лида стала махать на себя. Манюня спала, она редко вставала на завтрак. Обычно просила, чтобы его принесли прямо в номер. А Лида любила купаться с утра. Поутру море чистое, светлое! Как будто сама природа пробуждается, дышит прохладой и свежестью. И так охота дышать вместе с ней…