Я поворачиваюсь к нему и обхватываю его лицо ладонями:
– Ты. Это ты прекрасен. Ты бился за себя самого. Ты бился за нас.
– Я не всегда принимал правильные решения.
– Ты принимал лучшие из возможных.
– Но я не смог достаточно обезопасить тебя, – откликается он.
– Дезмонд Вэрд, ты ведь не супергерой. Ты сделал все, что было в твоих силах.
Дез немного недоверчиво кивает. Знаю, что он чувствует вину за случившееся со мной, но также я знаю, что это ужасное ощущение рано или поздно рассеется, в тот момент, когда монстр из его детства окончательно умрет.
– Расскажи мне о нашем доме, – подбадриваю я Деза, чтобы сменить тему, и его лицо и вправду веселеет.
– Это прекрасный дом, просторный и с чудесным видом на океан.
Возбужденная, я не верю своим ушам:
– Ты купил дом на пляже?
– Да.
– Дез, ты сумасшедший! Ты ведь потратишь на него целое состояние!
Дезмонд улыбается и пожимает плечами:
– Если все пойдет как надо, я смогу погасить кредит уже через пару лет.
– Это слишком…
– Что слишком? – Он прижимает меня к себе, приближая свои губы к моим. – Океан – это слишком, чтобы ты жила рядом со мной? Звезды, Анаис, те, на которые мы будем смотреть вечерами, лежа на пляже, это слишком?
Он целует меня, и я впитываю вкус его губ, словно испытываю жажду, пока своим языком Дез дает мне понять, что все, что он даст мне, никогда не будет чересчур для нас.
Дез стягивает с себя футболку и остается голым по пояс. И в этот момент я вижу ее: татуировку на его правой лопатке. Сердце, вокруг которого извивается стебель розы. Но стоит мне приблизиться к татуировке, чтобы коснуться ее, я вижу, что в действительности стебель – это надпись: AMOR VINCIT OMNIA. И на синем бутоне мое прозвище – Нектаринка.
Я прикасаюсь пальцами к его татуировке, и Дез вздрагивает от моего прикосновения. Он закрывает глаза и дышит сквозь зубы, словно своим прикосновением я сделала ему больно.
– У меня… у меня нет слов. Она прекрасна.
Слеза стекает по моей щеке и падает на мою обнаженную ногу, на один из шрамов на ней. Затем еще одна, на этот раз она капает на старый порез на запястье, который я в свое время не смогла сделать глубже.
Никто из нас не стирает эти слезы, потому что мы усвоили урок: не надо скрывать или сражаться с нашей хрупкостью. Нужно просто встречать ее вдвоем.
Я прижимаюсь губами к его рту и сладко целую, и Дез предлагает мне растянуться на покрывале. Он ласкает мое тело, мой рот, как обычно тонет в моих глазах, отчего у меня дрожат ноги. Я стону, и Дез вторит мне.
Время становится бесконечным, а затем останавливается. Остается лишь момент, когда волны омывают мыс, словно желая подняться и обнять нас. Небо проясняется. Небесная лазурь сверкает сильнее прежнего, и солнце составляет ее компанию, отчего мое сердце сходит с ума.
– Мы заслуживаем это, – шепчу я на губах Деза. В ответ он сексуально улыбается, наконец-то освободившись от всех теней, и воздух застревает у меня в горле.
– Всю свою жизнь я мечтал о том, чего не мог иметь. Я надеялся стать кем-то другим и забыть, кем я был, и когда я прекратил хотеть всего этого, появилась ты. Ты стала моим реваншем, Нектаринка. И теперь я знаю, что мир бил меня только потому, чтобы в конце подарить мне тебя. И знаешь что? – Дез смотрит на меня, и его глаза блестят. – Ты стоила того, чтобы вытерпеть все его удары и пинки. И это лучшее начало, на которое я только мог надеяться.