– Эта песня…
– Я составил плей-лист, думая о тебе.
Я сдерживаю слезы и шмыгаю носом.
– Забираю свои слова назад. Ты – подлец.
– Почему? – с беспокойством спрашивает Дез.
– Потому что пытаешься заставить меня плакать, – бормочу я, а затем целую его в плечо и прижимаюсь еще сильнее, влюбленная как никогда.
Я подремываю и только когда чувствую, что машина остановилась, открываю глаза и выпрямляюсь на кресле.
Мы приехали на наш мыс, тот самый, где проживали свои проигранные и выигранные сражения, то место, где прощались навсегда и снова возвращались друг к другу.
Дез смотрит мне в глаза. Я вижу в его глазах, что он думает о том же самом:
– В радости и печали это место видело, как мы любим друг друга самыми разными способами.
– Ты что, решил сегодня во что бы то ни стало заставить меня плакать?
– Только из-за радости, Нектаринка… Давай выйдем.
Дез достает из багажника корзинку для пикника и берет меня за руку.
Он расправляет покрывало на земле, а затем поворачивается ко мне:
– Вуаля, мадемуазель. Прошу, располагайтесь.
Улыбаясь, я сажусь и смотрю, как Дез вынимает из корзины два бокала, бутылку шампанского и несчитанное множество контейнеров с едой.
– Вау! – вырывается у меня. – Ты приготовил все это в одиночку?
Дез взволнованно пожимает плечами:
– Мне помогла моя мама.
От этих слов в моей груди запорхала бабочка.
Его мама.
Сколько всего поменялось за такое короткое время?
Мне хотелось бы броситься в его объятия, но я сдерживаюсь. Хочу насладиться этим мигом покоя, потому что во время нашей безумной истории мы отчаянно неслись наперегонки со временем, которое, казалось, закончится с минуты на минуту.
Дезмонд смотрит мне в глаза, и его лицо становится серьезным. Мы понимаем, что вся эта безмятежность должна была наступить куда раньше, что наша судьба могла чуть-чуть и поберечь нас от страданий, но, если все сложить, теперь она наградила нас куда более драгоценным даром.
Дез не выключил магнитолу, и через открытые двери из машины отчетливо доносится новая песня. Щемящая мелодия со словами, которые как капли, наполненные правдой, падают на меня.
– Что это за песня?
–Rise Up . Андра Дей, – отвечает Дез.
Дез крепко обнимает меня и, приблизив лицо к моему, нежно меня целует.
– Больше никогда не хочу быть вдали от тебя.
Он ласкает мои волосы и внимательно рассматривает меня.
– Больше никогда.
Мое лицо в его ладонях. И я обхватываю своими руками его запястья.
– О, Дез! – вырывается у меня прежде, чем он завладевает моими губами.
Затем он отлипает от меня и серьезным голосом сообщает:
– Завтра я дебютирую за основную команду и хочу, чтобы ты была на матче, на трибуне, где сидят жены и невесты игроков, и болела за своего мужчину.
Он так быстро прошел этот путь! Ему казалось, что он месяцами просидит на скамейке запасных, а вместо этого великий день наступил намного раньше, но я и не сомневалась, что так оно и будет.
– Я приду.
Затем Дез достает из кармана небольшую шкатулку и вручает ее мне:
– Знаю, что еще рано, и… все прочее, – начинает он, и я чувствую, как мое сердце начинает судорожно биться. – Мы еще молоды, у нас тысяча идей и планов, и это кольцо, – Дез целует мою татуировку, – значит больше, чем просто обещание. Все случится, будь в этом уверена, но сейчас я хочу сделать первый шаг с тобой, Анаис. Будут и другие, и мне нужно знать, что ты готова идти рядом со мной.