Бенуа повернулся к нам лицом, взгляд его пылал гневом.
— И как будто этого было мало, Кронвайден вздумал обучать смешанных! Смешанных!!! Тех, кто всегда был отбросом общества, прямая кандидатура в прислугу, теперь они будут получать магическое образование! Позор!!! — Бенуа с негодованием сплюнул на пол.
Мы все слушали молча, не зная, что говорить в ответ на эту тираду. Тем временем помощник продолжал:
— И этот маразм продолжается! Взгляните на себя: среди вас летает дух и ни один из вас даже не подумал развеять его! Общаетесь, как будто дух может быть другом человека. Мерзость! Наш мир катится в пропасть, и все делают вид, что так и должно быть!
Лебо крепко сжал челюсти, а зубы едва слышно заскрипели. Маргерит же с вызовом вскинула подбородок:
— Может! Дух может быть другом человеку.
Но Бенуа продолжал, не реагируя на её выпад:
— Я больше не мог на это смотреть. Следовало предпринять хоть что-то…
— И что же ты предпринял, Жорж? — тихим, но твёрдым голосом спросил профессор Делон.
Его взгляд тоже зажёгся гневом, но этот гнев был другим. Пока Бенуа жаловался на жизнь и ругал всех своих обидчиков, сердце Делона с болью сжималось. Я готов поспорить на что угодно: в ту минуту профессор думал о недокормленных фамильярах.
— Что ты сделал, Жорж?! — с нотками угрозы повторил свой вопрос Делон.
— Тут прошёл слух, что у Кронвайдена проблемы намечаются. Оттого и вызывают его часто в столицу. И мне подумалось: если проверка обнаружит, что фамильяры содержатся не в соответствии с новыми нормами, то его сместят с поста. И мы снова сможем спокойно пожить, без всех этих… новшеств.
— Поэтому ремонт зверинца так затянулся? — внезапно осознал Делон.
Бенуа пожал плечами.
— Такое организовать несложно, когда ты — помощник руководителя. Тут неверные сроки назвал, там задания перепутал, вот работа уже и встала…
— Но ты пошёл дальше, не так ли? — Делон не заметил, как его старческая рука сжалась в кулак.
— Бесконечно затягивать с ремонтом не получится, а проверка всё не ехала и не ехала. И я решил создать резонанс. Громкое дело! Мор фамильяров! Такое в стенах академии не утаишь! Но откровенно пользоваться ядами или проклятиями я не решился. Поэтому устроил… назовём это жёсткой магической диетой.
— Ты! Ты!!! — взвыл Делон и вскинул руку.
Поток воды резко вырвался из руки Делон, ударил Бенуа, что тот даже не успел отреагировать. Или даже не попытался. Вода с силой толкнула его, и тот со стоном, ударился об стену между письменным столом и входной дверь. Тихо застонав, мокрый помощник осел на пол. Вода стекала с его седых волос.
Профессор Делон тяжело дышал.
— Ты морил голодом, тех, за кем ухаживал всю свою жизнь! Тех, кого любил. Да как ты мог?!
— Не приписывай остальным то, что есть у тебя, Винсент, — проскрипел Бенуа, медленно поднимаясь на ноги в луже воды.
Никто из людей не стал подходить и помогать ему.
— Это ты вечно носился со своими фамильярами. Души в них не чаял. Всегда лучше понимал их, чем людей. А для меня это была всего лишь работа. Тот самый кусок хлеба с маслом. И это масло у меня начали отбирать!