Дело вовсе не в том, что я решила полностью отказаться от парней или уйти в монастырь. Я просто выстроила чёткие границы. Задала себе разумные рамки и цели. Встречаться с кем-то не чаще раза в три месяца — вполне адекватный график. Главное ведь качество, а не количество, верно? Эдакое эмоциональное голодание, только в личной жизни.
И знаете… всё оказалось не так уж плохо. Конечно, романтические мысли всё ещё занимают добрую половину моих фантазий, но кожа перестала гореть от фантомных прикосновений ещё недель десять назад. На самом деле, жизнь без парней — это огромное облегчение. За освободившееся время я успела найти себе кучу спокойных хобби: освоила каллиграфию, занялась вязанием, плетением из бисера и даже собрала неплохую коллекцию любимых романтических дорам…
Я снова натягиваю резинку на запястье.
Щёлк!
Если я в ближайшее время не влюблюсь нормальной, спокойной любовью — я просто сойду с ума.
— У меня всё отлично, — вместо этого с улыбкой произношу я. — Я провела прекрасное лето с семьёй. Никаких соцсетей, никакой драмы, никаких проблем. Отличный отдых от реальности… Особенной от той реальности, которую устроил мне судебный процесс над Глебом Вилковым.
— Приятно это слышать, Аня, — мягко кивает завуч. — А как твои лекарства? Всё в порядке с назначением?
Терпеть не могу, когда посторонние лезут в мои медицинские назначения, но понимаю: это условие, по которому руководство «Олимпа» согласилось вернуть меня к учёбе после академического отпуска.
— Всё без изменений, — проглатываю я лёгкую досаду. — Врач сказал, препарат работает прекрасно.
Маргарита Григорьевна делает аккуратную пометку в своём блокноте.
— А как насчёт общения? Многие твои прежние знакомые окончили академию прошедшей весной. Ты не чувствуешь себя одиноко?
Никто из той элитной компании «Демонов» не был мне настоящим другом. Я и так знала, что этот выпускной год станет для меня испытанием — без привычной суеты вокруг.
— Всё в порядке, здесь остались мои близкие подруги — Таисия и Карина, — я приподнимаю брови, давая понять, что разговор затягивается. — Я жду не дождусь своего выпускного класса. Хочу спокойно подать документы в университеты, пойти на выпускной бал — в общем, прожить этот год на полную катушку.
Я уже сказала маме, что больше не намерена делить комнату с чужими людьми. Прожить четыре года в общежитии — более чем достаточно. Мама согласилась и выхлопотала для меня отдельный двухкомнатный люкс в жилом корпусе. Мой брат-близнец Гриша, конечно, устроил по этому поводу целое шоу с истерикой и потребовал себе точно такой же номер. Для наших родителей это капля в море, учитывая, через какой ад мне пришлось пройти за последний год. Мама искренне увлечена всеми этими академическими традициями, а для меня отдельный номер — просто комфортная зона безопасности.
Иронично, конечно: год, когда я решила ценить качество, а не количество, начинается с того, что у меня появляется собственное шикарное жильё.
Щёлк!
Маргарита Григорьевна подозрительно прислушивается к звуку: — Я просто хочу, чтобы ты знала, Аня: если тебе понадобится помощь с поступлением или просто захочется поговорить — моя дверь всегда открыта. Я очень хочу, чтобы этот год стал для тебя особенным.