Подпись под фото гласила:«Воссоединились! Как же я скучала! Можно мне обменять Руслана на этого красавчика? #ПростоШутка #СемейныйУжин» .
Внутри всё перевернулось от дикой, безумной вспышки ревности. Желудок отозвался острой, режущей болью. Я сжал телефон так, что корпус треснул, и с силой швырнул его на диван.
«Сергей не особенный, — повторял я себе, тяжело дыша и пытаясь заглушить боль. — Он такой же, как я. Ей просто весело с ним. Это ничего не значит».
Затем я снова взглянул на чёрный конверт, лежащий на столе. Вытащил из него плотную карточку и прочёл аккуратные, отпечатанные тиснением буквы:
«Приезжай, Глеб.Водохранилище. Ритуал "Элизиум".Принеси то, что сгорит дотла».
Я горько ухмыльнулся, разглядывая открытку.
Что ж, если эти элитные детки хотят устроить своё традиционное шоу с костром посреди ночного водохранилища, у меня есть кое-что, что отлично подойдет для их праздника.
Опыт по этой части у меня теперь богатый. И канистра с бензином в багажнике всё ещё не пуста.
* * *
Озеро было тихим, если не считать редких моторных лодок, изредка проплывавших по прозрачной воде. Ну, и звуков вечеринки, доносившихся с берега. Смотровая платформа — наш традиционный плавучий плот — находилась метрах в ста пятидесяти от берега Академии «Олимп», но с этой стороны озера казалось, что до неё вся тысяча, и даже прищурившись, я не мог её разглядеть. Хотя я знал её как свои пять пальцев. Тренер Валерий Александрович постоянно гонял нас туда наперегонки во время основного спортивного сезона. Я знал этот обжигающий ледяной колотун местной воды. Знал, какая у неё поверхность, когда дует слишком сильный ветер. И знал, какая она, когда наступает полное затишье.
Два года назад я зашёл бы сюда с таким видом, будто мне принадлежит весь этот грёбаный мир. Теперь же я держусь позади и сначала изучаю обстановку. Мне требуется три попытки, чтобы сосчитать все головы.
Их тут человек двадцать.
Даниил Волков пришёл один. Есении нигде не видно, хотя я знаю, что они всё ещё встречаются. Руслан считал своим долгом посвящать меня во все подробности жизни семейства Адамовых. Мой бывший лучший друг выглядел всё таким же угрюмым и высокомерным, как и всегда: он отпивал из бутылки с длинным горлышком и наблюдал, как Марк Зверев рассказывает какую-то историю — настолько громко, что сразу становилось понятно: парочку бокалов он уже опрокинул. Арсений Ветров сидел между ними, перебирая струны гитары, и, судя по шляпе и кардигану, всё ещё отыгрывал образ эдакого хипстера. Дополнял эту «старую гвардию» Тимур Тулеев: он сидел, обняв Алису Медведеву за плечи и прижимая её к себе, защищая от прохлады.
Здесь были и все те ребята, о которых Руслан рассказывал мне в начале года — те самые, что сидели за столом «Демонов». Пловец Денис Ригин. Лилия Герман. Элина Максимова. Иван Кротов. Илья Костин. Максим Сивов вытянул свои длинные ноги к костру, а Тася припарковалась прямо между ними, откинувшись назад и опираясь головой о его грудь, пока они хохотали над очередной байкой Марка.
Были и совсем младшие — новые «послушники», вроде Руслана и Ясмины, увидеть которых здесь я совсем не ожидал. Я знал, что их идиотское посвящение должно было состояться только через пару недель, и никак не думал, что их втянут во всё это так рано.