Девушка заметила на стенах три портрета представителей графского рода Гордерс разных эпох и обитые бархатом кресла возле большого деревянного стола. По стене расположился шкаф с книгами, на самой высокой полке которого сверху разглядывала всех Дэза. Сам дракон стоял у окна, спиной к ней. Его секретарь сообщил, что Лидия уже вошла.
Похоже, не только она привела себя в порядок: дракон успел причесаться, заправить рубашку, почистить одежду. Правда, на лице разливалась краснота вокруг недавно «клюнутого» вороной глаза, а второй глаз угрожающе сверкал из черноты синяка. На шее и подбородке были заметны тонкие бороздки царапин. Поскольку сама Лидия уже настроилась на деловой разговор, того же она ожидала от него. Но, едва взглянув на неумолимо сомкнутые челюсти графа, она сдержала и улыбку, которую он мог расценить как издевательство, и с ожиданием посмотрела на Стенса.
– Дракон, граф Дэниал Гордерс, готов вас выслушать, – почтительно сказал он и уже развернулся к двери, но был остановлен хозяином.
– Останься, Стенс, я уверен, что мне понадобится свидетель этого неприятного визита. Вдруг появится отвратительная статья в гаденькой газетёнке, и мне придётся её опротестовывать.
– А я ещё его сватать хотела! – громко охнула Дэза. – Батюшки, как я ошиблась-то! Дожила до двухсот лет и не видела такого хамства. Кто же тебя выдержит? Какой выносливости дама? Только если моя Ли…
– Что за чушь! – в один голос закричали и Лидия, и дракон. Кажется, у него даже задёргался неподбитый глаз. Только Стенс оставался невозмутим.
– Нам необязательно говорить о статье в «Драконьих ведомостях», но о факте неправомерного нападения на женщину в карете – придётся, – уверенно сказала девушка. Она села в кресло, которое ей любезно выдвинул секретарь дракона. – Я так понимаю, что вы не оспариваете самого факта, изложенного в газете, вам просто не нравится, что всё это стало достоянием общественности.
Граф откатил кресло от стола, сел в него и положил ногу на ногу. Руки его крепко сжали подлокотники. Он кивнул, мол, можете продолжать.
– То, что вы пытались вытолкать девушку из кареты, которая ею была оплачена, конечно, преступлением не является, потому что повреждений у моей подруги Агаты Формс нет, но своими действиями вы нанесли ей непоправимый ущерб. Как понимаете, именно за это мы и требуем компенсации. Но мы готовы на уступки, в пределах разумного, конечно. Кучер, на которого вы напали, кстати, сказал, что никаких требований к вам не имеет. Вам повезло.
– Прошу прощения, – подал голос Стенс, – но получается, что молодая обиженная дама никаких извинений со стороны графа не просит, а просто нуждается в деньгах?
– Ничего подобного, — ответила Лидия. – Мы вымогательством не занимаемся. Но кто может мне сказать, когда в нашем королевстве кто-либо из важных персон приносил извинения скромной девушке, не обладающей титулом? А вот деньги предлагали всегда. Как говорим мы, юристы, «так сложилась практика».
– А расходы на кучера должен оплатить? – издевательским тоном спросил дракон.
– Нет, это были расходы моей клиентки.