— Ты ведь с папой говорил? — спросила я его испуганно и пододвинулась к нему.
Кирилл сидя на кровати, провёл ладонью по лицу, будто пытался стряхнуть остатки сна и набросить на себя привычную броню, броню человека, который всё контролирует. Но в его глазах я видела растерянность. Не страх, нет. Скорее, уважение к тому, что сейчас на нас надвигается, столкновение двух миров. Моего прошлого и нашего настоящего.
— Да Амелия!Он прилетел..Сказал,что не смог до тебя дозвониться.Он едет сюда.
Слова повисли в воздухе, тяжёлые, как камни. У меня внутри всё сжалось, и на секунду показалось, что я снова та самая девочка, которая вечно старалась быть достаточно хорошей, достаточно правильной, чтобы папа не смотрел на меня с этим своим усталым, оценивающим взглядом.
Только теперь всё было сложнее. Теперь я не просто "дочь", я женщина, которая живёт с мужчиной,который является всем для меня,но он его друг.
— Амелия.— тихо сказал Кирилл, глядя на меня, и в этом взгляде было столько нежности и любви.
— Не волнуйся маленькая. Мы встретим его.Он рано или поздно всё-равно должен узнать,что мы вместе!
Я кивнула, но пальцы всё равно дрожали, когда я начала приводить себя в порядок. В голове крутились обрывки фраз:
"Папа, ты не понимаешь…", "Я взрослая, я сама решаю…", но ни одна из них не казалась правильной. Потому что он не поймёт.
Я стояла у зеркала, водила щёткой по волосам и ловила в отражении свои глаза, большие, испуганные, будто я снова пятнадцатилетняя девчонка, которая боится, что папа сейчас нахмурится и скажет:
"Ну вот, опять ты что-то натворила".
Только теперь я не натворила. Я нашла своё счастье. И именно это, наверное, страшнее всего не проступок, а то, что я стала взрослой без его разрешения.
Кирилл подошёл сзади, обнял меня:
— Он не монстр, Амелия! — тихо сказал он, глядя на меня через зеркало.
— Он твой отец.И я всё ему объясню!
Я кивнула, хотя внутри всё сжималось от одной мысли о том,что от папы можно ожидать,что угодно. Кирилл приготовил нам завтрак,но аппетита у меня не было. Я стояла у окна, глядя на город, который в это утро казался каким-то чужим, серым, будто все краски смыло дождём, которого не было. Чашка остывшего кофе застыла в моих пальцах, и я даже не помнила, когда успела её взять.
Звонок в дверь прозвучал так громко,что я вздрогнула, чашка чуть не выскользнула из рук, и только в последний момент я успела поставить её на подоконник.
Кирилл на секунду задержался, обернулся, поймал мой взгляд и в его глазах я увидела ту самую твёрдость, которая всегда меня спасала. Он чуть кивнул, будто говорил без слов:
"Я здесь. Я не дам тебя в обиду".
Я боялась выходить из гостиной,боялась увидеть глаза отца,от того,что он всё поймёт,что я делаю в квартире его друга,да ещё и с утра в домашней одежде.Но я по нему всё равно соскучилась,он ведь мой отец,какие бы отношения между нами ни были.
— Миша… — тихо сказал Кирилл и я услышала как он обнялся по дружески с отцом.
— Проходи.
— Кирюха,как ты вообще здесь живёшь в такой жаре? У нас в Москве,уже зимой пахнет.