Нет, снять привязку с хранителя можно. Но тогда её надо перенести на что-то иное. Другой дом… место… хозяин… Вне их хранитель не существует.
Значит, надо искать дуб.
— До встречи. — Разворачиваюсь к выходу, но вспоминаю кое-что крайне важное: — Кстати… Можешь сказать, где находится источник эфира Каменских?
— Не знать… — отвечает дух. — Угасать без силы. Плохо думать, плохо защищать. Не справиться с захватчиком… — Он смотрит на меня, и глаза опять начинают наливаться алым.
— Стоп-стоп-стоп! — поднимаю руки. — У нас перемирие, забыл? Я — это он. А он — это я, — добавляю для верности.
А ещё катакомбы показывать хотел, да? Не замуровать ли меня там собирался? С этим хранителем клювом щёлкать нельзя. Придётся заставить его служить мне.
Выпускаю коготь и, морщась, в очередной раз обновляю рану на ладони. Клизма Шанкры! Ещё пара таких разговоров или иллюзий на крови — и придётся переквалифицироваться в вампира. Буду бегать по улицам и кусать прохожих в шею, чтобы восполнить недостаток крови.
— Давай заключим пакт о ненападении? Ты не причинишь мне вреда. Ни прямо, ни косвенно, — добавляю, вспомнив свои мысли по поводу замуровывания в катакомбах. Прикрыть дверь и позволить мне самостоятельно мумифицироваться — вроде как и не вред, да? Ну не услышал хранитель моих криков. Бывает.
— Договор, — подтверждает он, подлетая на ладонь и впитывая капли моей крови. — Я не причиню тебе вреда. Ни прямо, ни косвенно.
Впрочем, иного пути у него и нет. Кровь члена рода для хранителя священна.
— Ни телу, ни душе, — добавляю на всякий случай.
— Ни телу, ни душе, — неохотно повторяет дух.
Хитрец-хитрец! А говорил — думалка у него сломалась от недостатка тёмного эфира. Врал.
Окидываю взглядом холл поместья. Я с удовольствием провёл бы ту пару-тройку дней. Но что делать…
Киваю язычку тёмного эфира и выхожу во двор. И вовремя:
— Господин князь, — появляется в воротах морда коротко стриженного мужика с крепкой шеей. — Будьте добры покинуть поместье. Ваше время кончилось.
Вид у него при этом такой, словно боится, что я начну сейчас хвататься за кусты и деревья, не желая покидать отчий дом.
— Буду, буду, — отвечаю. — Как вас зовут, господин сержант?
— Миха… Михаил Стрельников! — Он вытягивается по стойке смирно.
— Можете подсказать, как мне отсюда добраться до столицы?
— Да без проблем, — отвечает второй охранец, худой и с цепким взглядом. — К девяти нас как раз приедут сменять. От господина Львова есть приказ доставить вас обратно в столицу. Только придётся вам где-то полтора часика погулять. И лучше не рядом с поместьем.
— И не в лесу — там навки, — добавляет Стрельников.
Его напарник беззвучно ржёт, глазами предлагая мне присоединиться и тоже поржать над страхами Стрельникова.
Хмыкаю, но как раз над вторым охранником. Видал я тех навок. Прав Михаил — лучше на пути этих девчонок не попадаться.
— В любую сторону могу погулять? — уточняю.
— Где вам будет угодно, князь, — кивает второй охранник. — Но чтобы к половине девятого были здесь.
— Понял, — киваю. — Спасибо, ребята.
Жаль, конечно. Если бы не Львов — я точно погулял бы тут до утра. Нашёл катакомбы и вернулся бы в поместье. Но главу Тайной канцелярии на кривом единороге не объедешь — всё предусмотрел, параноик.