— Просто встретиться? — не сдержал удивления Беркутов.
— Ты не поверишь, но да. Обстоятельства изменились. Мне предложили кое-что… — Он взглянул на фотографию дочери. — Ладно. Неважно.
Назаров щёлкнул пальцами, и огонь, добравшийся уже до груди Беркутова, исчез.
— Началась большая игра, Владик. И я ещё не решил, какую из сторон мне выбрать. Люди часто лгут. Ставки слишком велики, а я не люблю ошибаться. Но тебя это пока не касается. Передай Соболеву моё приглашение, потому что я не намерен лично гоняться за ним по всей столице. Это первое. Второе — отыщи Шаха. Как можно быстрее.
— Понял, ваше сиятельство.
— Молодец, — похвалил Назаров. — И третье.
Он протянул Беркутову булавку.
— Вот эту штучку поручи воткнуть в какую-нибудь вещь Никиты Каменского. Так, чтобы она не была заметна. На дно рюкзака, в подошву обуви…
— Сделаем.
— Надеюсь, — хмыкнул Назаров. — Что там у него с ментальным допросом?
— У Каменского? А ничего. Все его слова подтвердились. Пацан ни в чём не виноват. Зная графа Горчакова, могу сказать: он бы удовлетворился этим. Но графиня рвёт и мечет.
— Да, Лизочка уж если что себе надумала — колом из неё не выбьешь…
— Виктор Алексеевич… Дело в том, что Каменского допрашивал сам Осипов. Так что наш человек передал мне кое-что любопытное. Осипов считает, что мальчишка был не совсем искренен.
— Не понял? Как это — считает? — удивился Назаров. — Чтобы Осипов — и не сумел вытащить все тайны? Каменский что, поставил ментальный блок? Против самого Осипова⁈
— Нет-нет. Но сумел скрыть какие-то свои мыслишки. Как говорит Осипов — по поводу духовных зверей.
— При чём тут вообще духовные звери?
— Консилиум, собранный по поводу выгорания Макса Горчакова, считает, что он пострадал от духовного зверя. Но и это ещё не все.
Пламя вспыхнуло снова и в мгновение ока добралось до бёдер Беркутова. Он понял намёк и заторопился:
— Как вы знаете, менталиста уровня Осипова прочитать невозможно. Но наш человек сумел считать его остаточные эмоции. И он… в чём-то сомневается. И дело не в духовном звере. Есть что-то ещё. Осипов не доверяет Каменскому. Ну… не то чтобы не доверяет. Однако на что-то такое он наткнулся. Но на что — наш человек уловить не сумел.
— Интересно… — протянул Назаров. — Ладно, Владик, иди. И про булавку не забудь. Только прошу тебя — не втыкайте её, предварительно скрутив Каменского и отобрав у него ботинок!
— Ваше сиятельство!
— Шутка, — осклабился Назаров.
И перед носом его собеседника возникла огненная рожа с высунутым языком.
К чести Владислава Беркутова — он сумел не отшатнуться.
Глава 18
В башню я пока не собираюсь, а потому из императорского лимузина выхожу едва не на окраине столицы. Ещё на экскурсии по школе Назарова успел списаться с Таш. Должен же я расслабиться после такого насыщенного дня? Да и обещал давно девушке.
Перекусываю в первой попавшейся кафешке, чтобы не терять время на жратву на наконец-то состоявшемся свидании. Покупаю торт и цветы — в вечерней столице с этим проблемы нет. И еду на такси, по дороге лениво размышляя, что на личную жизнь совершенно нет времени и с этим надо что-то делать.