— Здравствуйте, князь. Надеюсь, моё приглашение не нарушило ваших планов.
— Ну что вы, ваше высочество. Я польщён оказанной мне честью и счастлив видеть вас в любое время суток.
Уже выдав этикетную фразу, соображаю, что звучит она двусмысленно — если припомнить, в какой ситуации мы с княжной встретились впервые. Беззащитная девушка в тёмном парке, трое наглых грабителей… Мне ничего не стоило их раскидать, но для её высочества это наверняка было событием.
— Приятно это слышать, ваше сиятельство. Вы так любезны. — Княжна изображает подобие реверанса.
На чём придворные церемонии и заканчиваются. Анастасия отступает в сторону, жестом приглашая меня пройти. И я вижу в кабинете…
…очередного незнакомца.
Мужчина, в годах, в белом летнем костюме, с залысинами на лбу, неторопливо поднимается с кресла и смотрит на меня как на подарок. На очень дорогой подарок. Или как на любимого внука, которого не видел уже лет десять.
Он шагает навстречу, хватает меня за руку и начинает её едва ли не трясти.
— Князь, какая приятная встреча!
Так. В памяти Никиты этого человека нет. Но его бледно-голубые глаза сияют искренней радостью. А лицо мне всё же смутно знакомо.
— Взаимно. — Я аккуратно избавляюсь от его рукопожатия. — Простите, не имею чести…
— Ах, князь! — не менее радостно восклицает княжна. — Неужели и правда не имеете⁈ Ну тогда я счастлива вам представить! Его сиятельство Виктор Алексеевич Назаров.
Мгновенно вспоминаю слова Матвея:
«…Два года назад к Назарову перешла большая часть вашего имущества. Видимо, получил не всё, чего хотел. Всё крутился вокруг Хатуровых. В друзья набивался. Даже долг твоей матери выплатить предлагал. Господин граф послал его далеко и надолго…»
Князь Назаров.
Тот, кто владеет немалой частью имущества рода Каменских. МОИМ имуществом.
Тот, кто послал своих людей похитить меня по дороге в военный лагерь Императорского училища.
Я бы ничуть не удивился, повстречайся мы с ним в иных обстоятельствах: например, если бы меня привели к нему какие-нибудь типы вроде Шаха, пытавшегося меня похитить по дороге в военный лагерь. Но в императорском дворце? В кабинете великой княжны?
Хотя…
Это прекрасный способ встретиться с юным главой рода Каменских на законных основаниях. Что раньше, как я понимаю, было попросту невозможно. Никита был заперт в поместье, и Хатуров явно не желал для него такой «приятной» встречи. Вот и пришлось устраивать попытку киднэппинга, как выразился вчера князь Львов. Правда, по другому поводу выразился…
Но похитить курсанта Императорского училища немного сложнее, чем никому толком не известного мальчишку, живущего у своего опекуна. Точнее — опасно курсанта похищать. Проблем огребёшь выше крыши. Курсант находится под защитой государства, как будущий воин, так что себе дороже его обижать.
— Да присаживайтесь уже, — нетерпеливо говорит княжна. — Сейчас я прикажу кофе. Вы какой пьёте? — спрашивает меня. — А то дядя Витя только смертельно горький и без сахара. И меня приучил!
«Дядя Витя», значит. Интересно.
— Горький без сахара вполне подойдёт, — улыбаюсь я княжне и опускаюсь в указанное кресло.