Инди направился в его сторону, но вокруг директора музея тут же сгрудилась часть репортеров и фотографов, а остальные засыпали вопросами Бернарда. Инди решил, что на сегодня насмотрелся достаточно. Кроме того, он ведь уже обещал Маркусу повидаться с ним завтра; у Инди сложилось впечатление, что упомянутый конфиденциальный вопрос как-то связан с темой выставки.
Едва Инди вышел из музея и оказался посреди ночного Манхеттена, как его охватило желание заглянуть на квартиру к Дейрдре. Сдаваться без боя он вовсе не намерен. Но потом решил, что утро вечера мудренее. Завтра он первым делом повидается с Дейрдрой и, как раньше, с ней вдвоем устранит вставшие между ними проблемы. Потом возьмет ее с собой к Броуди, а после отправится с ней на ленч, и все наладится.
Все будет прекрасно.
Иначе и быть не может.
5 Послания
В подземке по пути к Броуди Инди пытался отвлечься от раздумий о Дейрдре, просматривая «Таймс» в поисках статьи о выставке. Но мысли о разладе с ней терзали его, будто тропический паразит, буравящий внутреннее ухо. Инди зашел к Дейрдре, но ее подружка сообщила, что Дейрдра уже ушла. Если бы не назначенная встреча, Инди попросил бы разрешения подождать ее на квартире. Ничего, если ее не будет дома и после, он непременно так и поступит, и будет ждать, пока Дейрдра не объявится.
Наконец, на двадцать шестой странице третьего раздела «Таймса» Инди удалось отыскать статью в четыре абзаца, озаглавленную «Выставка домыслов о древних экспедициях». Статья гласила:
«Выставка «Античные покорители Америки» представляет нам беспочвенные домыслы о том, кто открыл Америку. Якобы целый ряд древних цивилизаций – от финикийцев и египтян до ливийцев и кельтов открыли Америку за два тысячелетия до Колумба. А в подтверждение приводятся нерезкие фотоснимки и непонятные камни».
Далее утверждалось, что организаторы подошли к выставке чересчур всерьез.
«Если бы экспонаты были представлены просто-напросто в качестве любопытных находок, а не сотрясающих основы неопровержимых свидетельств, мы бы не стремились выставить данную экспозицию в качестве примера лженауки, каковой, к несчастью, она является».
«Бедный Маркус!» – подумал Инди.
Потом взял экземпляр «Геральд-Трибьюн», оставленный кем-то на сидении. Движение заставило его поморщиться от боли. Хотя Инди сегодня утром снял повязку с руки, рана еще давала себя знать: пуля гробокопателя пробила мышцу навылет. Перелистав газету, Инди нашел еще одну статейку, написанную бестрепетной рукой.
«Эту выставку следовало бы назвать «Большое мореплавание через лужу» за то, что она устраивает столько шума из ничего» – заявлял автор. В последнем абзаце он отметил, что кельтский огам – наилучший образчик письменности, нацарапанной как курица лапой. «В самую точку», – отметил про себя Инди. Надписи на огаме действительно нацарапаны как курица лапой, но эта письменность ничуть не уступает нордическим рунам. Как и руны, буквы огамического алфавита не только служили для письменного сообщения; каждая из них вдобавок обладала сакральным смыслом.