Вечерний военный лагерь встретил их привычным, оглушительным хаосом: шумом сотен суровых голосов, ржанием боевых коней, звоном доспехов и густым запахом кострового дыма. Едва Макс и Кристина спрыгнули с коня на влажную землю, как из вечерней суеты к ним навстречу, словно вихрь, выбежал запыхавшийся Адриан. На его лице смешались крайнее изумление, облегчение и искренняя радость.
— Макс! Жив!.. — выдохнул он, подбегая ближе и с размаху хлопая друга по плечу. — Ну ты и безумец! Я, честно говоря, уже и не надеялся, что ты вернёшься из логова Райанов живым. Мы тут уже успели помянуть твою пропавшую голову!
Макс крепко взял жену за руку, переплетя её пальцы со своими, и они втроём направились к большому генеральскому шатру, возвышавшемуся в центре лагеря.
— Меня не так-то просто убить, Адриан, — сухо, но с едва заметной тенью ухмылки отозвался Макс. — Они плохо старались.
Только сейчас Адриан перевёл взгляд на стоящую рядом девушку. Вдруг вся его походная строгость испарилась, и на лице на миг расцвела та самая добрая, светлая и лучезарная улыбка, которую в жестоком военном лагере почти никто не видел, но которую так хорошо помнила Кристина из их прежней, мирной жизни.
— С возвращением домой, Кристина, — тепло проговорил Адриан, слегка наклонив голову. Он внимательно оглядел её, а затем лукаво перевёл взгляд на Макса. — Знаешь, с твоим возвращением у всех нас появилась хоть какая-то надежда. Может, теперь наш невыносимый генерал снова вспомнит, как улыбаться, и перестанет ходить с такой миной, будто планирует казнить весь штаб за недостаточно ровный шаг?
— Не обольщайся, Адриан, — Кристина мягко улыбнулась в ответ, ощутив, как от этой привычной дружеской перепалки улетучивается остаток напряжения. — Четыре года — срок немалый. Думаю, мне понадобится какое-то время, чтобы сделать из этого ледяного истукана подобие человека.
— О, поверь, мы согласны на любые сроки, лишь бы он прекратил рычать на офицеров по утрам! — рассмеялся Адриан, придерживая полы шатра и пропуская их внутрь. — А если серьёзно… Ты не представляешь, сколько яда и мрака он излил на нас за время твоего отсутствия. Мы тут втайне молились, чтобы он тебя нашёл — исключительно из соображений собственной безопасности.
— Не слушай его, Кристина, — вмешался Макс, скрестив руки на груди и наблюдая за ними с тенью наигранного строгого предупреждения. — Адриан просто пользуется моментом, пока я не загрузил его отчётами с передовой.
— Видишь? — Адриан шутливо защитил грудь руками, обращаясь к Кристине. — Никакого сострадания к старым друзьям. Так что на тебя вся надежда, Кристина. Верни ему хотя бы капли былой мягкости, а то с ним же невозможно стало вести переговоры!
Еще немного поговорив с Адрианом и почувствовав, как с души спадает тяжелый груз последних дней, Кристина решила оставить мужчин наедине. Им нужно было обсудить изменения на фронте, стратегию и карту военных действий за время отсутствия их генерала.
15
Гул конских копыт по неровной каменной мостовой столицы казался Кристине оглушительным, почти физически болезненным. Город, который когда-то давно казался ей домом и защитой, теперь встречал её строгой, серой и леденящей неприступностью.