Подумал и махнул рукой. Вооружены, тренировались, стало быть, отобьются. Не совсем же дуры, в конце концов.
Я принюхался и явно почувствовал запах серы, а со склонов горы струился дымок. Действующий вулкан? Интересно, аборигены вообще знали, что конец света может произойти в любой момент?
Но странно: вулкан в центре Африки? Хотя вполне возможно — я эту страну не изучал, да и много в ней мест, где не ступала нога человека даже в двадцать первом веке. А вот теперь благодаря нашему путешествию мы во многих местах умудрились наследить.
Ручей оказался совсем мелким, вода в нём едва доходила до лодыжек, но я всё равно напился и долго, тщательно полоскал рот. Наполнил баклажку и двинулся вдоль ручья. На противоположном склоне обнаружил падающие струи водопада из расщелин скалы и решил, что это место станет мне прибежищем на ближайшую ночь.
Одежду я отстирал качественно, вот только во время этой процедуры обнаружил, что горка в нескольких местах превратилась в лохмотья. Увы, в пещере, почти в полной темноте, я не особо заботился о ней, да и разгребать завал приходилось чуть ли не лёжа, так что ничего удивительного. Была надежда — что не разойдётся на лоскуты и мне не придётся прикрываться листиками, как местная братия.
Ночевал в целях безопасности на дереве: нашлось вполне удобное, с двумя толстыми широкими ветками. Не то чтобы удобно, но точно знал, что не свалюсь во время сна, как однажды в поезде со второй полки.
К сожалению, пришлось лечь спать на пустой желудок, лишь со вздохом вспоминая о летучих мышах, которых было вдоволь в пещере. Да и барсук, заглянувший в узкий проход, мне понравился; хотя он был не совсем похож на отечественных, и когти имел огромные, и защищаться пытался, но я его легко зарезал ножом.
Да что угодно мне бы сегодня не помешало схомячить на ужин. Даже ягод каких-нибудь диких, но, к сожалению, вокруг ничего съедобное не росло. Единственная неприятность: едва ночь вступила в свои права, как вокруг началось такое омерзительное жужжание, что пришлось закутаться с головой. Аккумулятор на фонаре полностью разрядился, а выяснять в темноте, какой тюбик для чего предназначен, совершенно не хотелось. Да и усталость взяла своё.
Одежда не до конца высохла, и под утро я почувствовал себя зябко. Сделал зарядку, а едва начало светать, продолжил восхождение на второй хребет. Через час наткнулся на арахис и, не желая делать остановку, чтобы прожарить его на углях, употребил в сыром виде. Никакого вкуса, только тяжесть в желудке. Собрал немного в рюкзак, решив, что на привале можно будет приготовить, если ничего другого больше не попадётся.
Солнце уже перевалило за полдень, когда наткнулся на стадо бабуинов. Едва успел сделать один выстрел, как обезьяны, блея, как овцы, растворились среди деревьев. Честно говоря, думал, навалятся на меня всем скопом, а было их не меньше семи десятков. Но, видимо, звук выстрела напугал стадо, и поле боя вместе с трофеем осталось за мной.
Оказалось, в бабуинах есть нечто человеческое: руки, пальцы и сама морда. Я никогда не видел их так близко. Что касается вкуса, то его сложно описать. Он не ароматный и уж точно не нежный. Мясо жирное, напомнило козье и жесткое, как у ламы. Довелось однажды попробовать это экзотическое блюдо.