Наш поцелуй прерывается. Нолан достаточно близко, чтобы я могла сосчитать все оттенки пестрой зелени и коричневого в его глазах. Однако я не вижу в них страха. Не чувствую ничего в его прикосновении, в неменяющемся ритме движений.
– Конечно, – соглашается Нолан. – Приеду, как только смогу.
– Не торопитесь. Если Харпер еще рядом, передайте ей, пожалуйста, трубку.
– Сделаю. Скоро увидимся.
Нолан держит телефон на весу, а я коротко вздыхаю и говорю:
– Да, шериф, чем могу помочь?
– У меня к вам немного странная просьба.
– Какая же? – спрашиваю я. Нолан в этот момент вгоняет пальцы в мою задницу еще более жесткими толчками. Когда движение руки на клиторе снова сбивается, он заталкивает телефон в свободную руку и берет управление на себя. Сдержать стон становится практически невозможно.
– Просто хотел узнать, не могли бы вы как-нибудь вечером заскочить ко мне домой на барбекю. Максин, она… ну, ей немного трудно снова обживаться на Мысе. Многие друзья ее детства уехали, а у тех, кто остался, теперь другая жизнь. Понимаете, как это бывает. Может потребоваться время, чтобы снова вписаться. Она упоминала, что встретила вас на днях, и я подумал… – Йетс замолкает и усмехается. – Звучит, будто я хочу, чтобы вы подружились. Вы две взрослые женщины. Уверен, еще увидитесь. Иногда трудно перестать быть папой, забудьте, что я спрашивал…
– Без проблем, – с трудом выдавливаю я, когда оргазм нарастает глубоко внутри. – С удовольствием заскочу. Только назовите дату и дайте знать, нужно ли что-то принести.
– Замечательно. Я узнаю ее расписание и сообщу. И нет, ничего не нужно. Просто приходите. Спасибо, Харпер. Хорошего дня!
Я сдавленно бормочу «до свидания» и сбрасываю звонок, как раз когда Нолан подается вперед, чтобы завладеть моими губами в еще одном жестоком поцелуе. Он забирает у меня все. Воздух из легких. Мысли из головы. Контроль над телом. Он сдирает все это, оставляя меня с одним лишь страхом. «Что, если одержимая потребность Нолана поглотить мое тело и душу затмит рациональное мышление – или это уже началось?»
Заталкиваю тревожный вопрос глубоко в подсознание, чтобы раскопать позже. И просто разваливаюсь на части, вижу звезды закрытыми глазами, растворяясь в стонах. Когда последствия оргазма стихают, Нолан наконец выходит. Тело будто больше не принадлежит мне. Это какой-то комок из пота, дрожащих мышц и беспокойных мыслей. И я внезапно думаю, что моя одержимость Ноланом становится такой же глубокой, как и его мной. Потому что отсутствие страха, которое я видела в его глазах мгновение назад, не заставило меня хотеть бежать или прятаться. По-настоящему опьяняющее чувство.
– Наверное, мне пора, – говорит Нолан.
Он подходит к старой раковине, моет руки в ржавой воде, которую она выплевывает, затем вытирает их тряпкой. Закончив, заботится и обо мне, вытирает припасенными свежими салфетками, целует в шею, чтобы успокоить боль от укуса, осторожно опускает и помогает одеться. Нолан одалживает мой телефон на несколько минут, чтобы заказать себе новый, и улыбается мне, однако первый намек на беспокойство поднимается в его глазах.