— Почему в четыре этапа, а не в один? — снова спросил Чак, ловя укоризненные взгляды девушки.
— А как еще можно сделать, чтобы один народ разделился минимум на две группы, между которыми нужна война? А уже во время войны после нанесения термоядерных ударов по Фурриленду Спирит и пал.
— Где был этот ваш Фурриленд? — наконец спросила Эйни.
— Везде, где нейтрально, или положительно относились к фурри и Спириту. Южная Азия, Китай, Япония, Индия, Австралия… Теперь там — ядерная пустыня.
— Как ты можешь это всё спокойно слушать? — повернулась к Чаку Эйни.
Мой фильтр начал зашкаливать от изливающейся на меня силы.
— Ты же видела сама, нам без него никуда не уйти, — спокойно произнес тот. — Успокойся. Он хоть и воплощение зла, но теперь на нашей стороне.
— Почему ты так уверен? — повысила голос девушка.
— А вот об этом я и пытаюсь вам рассказать, — хлопнул я ладонями по бедрам. — Королева Фурриленда Алам вместо того, чтобы нанести по нам ответный ядерный удар, пощадила планету и обратилась к Высшему Вселенскому Закону, как бы сказала некая Суппи в видениях вашего Мяча — к родителям Спирит и Тирипса. Кстати, говорят, сама она избежала гибели и всё ещё воюет против нас где-то в Африке.
Я немного подождал. Удара за запретное слово не последовало. Значит, то, что я говорил, нужно было сказать.
— И в качестве проклятия нас, отрицательных, поразил скилл, несвойственный нашим делам. Эмпатия — то, что позволяло нам чувствовать боль всего на свете. Эмпаты начали сходить с ума, уничтожать своих, попадать под отлучение. И руководство АF решило изолировать всех, кто получал это проклятие. Тем более что чувствующий отрицательный за здрасте становился бойцом Спирита. Мы береглись как могли, но нет-нет да кто-то настигал опыт и в нагрузку скилл.
— Поэтому вы воюете машинами? — догадался Чак. — Чтобы не получать опыт?
— Да, в том числе. — согласился я. — Эмпатия — страшная болезнь. Это гибель надежд, карьеры, жизни в целом. Поэтому ваших… наших не убивают, а изолируют в лагерях, где подавляют спирит-способности.
— И такая болезнь поразила тебя? — констатировал Чак.
— Бедненький. Почувствовал всё, что натворил, выгнали из секты, да еще и котиком сделали. Ты, наверное, себя ненавидишь? — зло сыронизировала Эйни под неодобрительным взглядом Чака.
Я хотел было что-то ответить, но вдруг понял, что она более чем права…
То, что появление эмпатов стало закономерностью, не являлось секретом, но для перехода нужен был приток рейтинга. В моем случае такой рейтинг обеспечил «случайно забытый» цикл на груди Чака Альф. Герра знала, что я захочу его допросить, и потому вместо других видящих вызвала из отпуска именно меня, чтобы я получил этот самый рейтинг после гибели пленного.
Но зачем? Какой мотив убирать меня с дороги, если я и так никому не мешал? Поставить на мое место кого-нибудь своего? Вряд ли — я вполне её устраивал. Зачем?.. Этот вопрос крутился у меня в голове, и я чувствовал, что ответ где-то рядом, буквально на поверхности…
— Чак, как вы планировали найти твою бабушку?
— У меня маяк. Мне его сделали еще на Земле. — Маг показал мне мини-заклинание с болтающейся микросхемой внутри.