— А зачем вам поисковик, если у вас в группе есть видящая и вы могли бы и так ее найти? — Я говорил, и мне казалось, что я где-то близко к инсайду, что вот-вот — и пазл сойдется…
— Я не знаю. Может, чтобы не отсвечивать магией Спирита в вашем мире?
— Или чтобы найти того, кто может прятаться и от своих, и от чужих. Тот, кто дал вам маяк, хорошо себя знал. Эйни, ты можешь найти бабушку Чака предвидением? — обратился я к девушке.
Мой вопрос явно поставил ее в тупик.
— Я… Зачем тебе эта информация? — насторожилась она, однако тут же попробовала. Затем еще раз. Ничего не получилось.
— Чак, можно твой маяк? — спросил я.
— Он в последнее время сбоит, как будто не уверен в направлении, — ответил Чак, протягивая мне схему.
— Что ты, блин, делаешь? — закричала Эйни, — Он же убивал таких как мы!
— А мы — таких, как он, — тихо ответил маг.
Заклинание «маячок» легло в мою ладонь. Закрыв глаза, я воззвал к своему предвидению.
Она и вправду защищалась от своих и чужих. В видении я ожидал встретить кого угодно, только не ту, которую нас учили ненавидеть чуть ли не со школьных скамей инкубаторов. Самалит Альф, волчица, бабушка Чака Вульфена, Чака Альф и еще многих-многих Чаков в мультивселенной была слишком известна тут, на Терре. Я глянул на попаданцев, и в зеркальных глазницах шлемов увидел своё удивленное лицо и вставшую дыбом шерсть. Из видения на меня смотрела она…
Глава 19 Война ради войны
— А вы знаете, что Самалит Альф тут, на Терре, зовут по-другому? — произнес я, наблюдая, как фурри-волчица пробирается куда-то по подземным коммуникациям с группой боевиков.
Её команда, не больше взвода, в которой были фурри, полуфурри и люди, выглядела измученной и даже истощенной. Их бронекостюмы делились со мной картинами недавних боёв с, казалось, озверевшими в их отношении машинами. Тем не менее взвод шёл, уверенно выбирая направление. Сквозь бронестёкла шлемов блестели огоньки имплантатов. Впереди следовала разведка, проверявшая путь на наличие возможных мин, ловушек и следящих устройств, за ней — раненые, семеро лёгких и трое совсем тяжёлых, которых тащили на ботах-носилках. Замыкала колонну штурмовая группа. Волчица, сжимающая в руках лучевое ружьё, шла в разведгруппе. Она вела их, словно стаю. Это было сильным решением, но безрассудным, и про себя я уже прикинул его главный минус: если группе при встрече с врагом придется менять маршрут, разведка останется прикрывать, и командир будет связан боем, что не сулит остальным ничего хорошего. Но, возможно, я чего-то не знал про их скиллы…
Самалит Альф, властная волчица с Земли, тут, на Терре, была той самой первой и последней королевой Фуррилэнда — Алам. Я запомнил её лишь по пропагандистским роликам — кричащей, с красными от полопавшихся сосудов глазами, злой. Пропаганда подавала её как яркий пример животного, почему-то возомнившего себя ровней нам, людям, но сейчас на ней не было её излюбленного белого кителя с серебристым символом Фурриленда — отпечатком лапки животного. Сейчас на ней был боевой серый антропометричный костюм последнего поколения. И она всё еще сражалась на руинах своего мира, без надежды на победу. Война ради войны.