«Спирит, координаты видения, расстояние до нас?» — спросил я мысленно, но вместо ответа по воздуху проша пёстрая рябь, сопровождавшаяся белым шумом.
Она блокировала предвидение своих, потому что знала, что в новом мире вот уже много лет никому нельзя доверять, даже если он от Спирита.
— Её зовут Алам, — наконец произнёс я. — И это она правила Фуррилендом во время войны. Чак, твоя бабушка — самый опасный боец Спирита на этой планете и последняя королева зверолюдей.
Чак и Эйни смотрели на меня, пока я не поделился картинкой с их группой, а сам решил посмотреть немного назад во времени. Да, жизнь фурри-террориста не сладка, но группа выглядела так, будто только что попала под лучевое противостояние.
И верно. Время текло назад, показывая мне скриншоты и мувики — кусочки двигающихся картинок, в которых на группу Алам слетались, словно пчелы на мёд, боевые машины. Впрочем, бойцы были вооружены в разы лучше моих новых знакомых и не стеснялись использовать спирит-навыки. Дроны так и не смогли взять группу в кольцо, и, похоже, Самалит удалось вырваться, пусть и с потерями.
Но почему машины так точно знают, где искать? Мы гонялись за ней в Африке, в Южной Америке, а сейчас вот так просто обнаружили её тут?
Мне почему-то казалось, что она совсем недалеко.
— Спирит, а почему машины так точны? — задал я вопрос предвидению.
Ответ ошарашил:
«У них тоже есть маячки, как и у Чака»
— Откуда?
И перед моими глазами предстала картина. Фурри-собака породы овчарка болтался на серебристых подвесных цепях в такой же комнате допроса, откуда мне посчастливилось сбежать. Он был обращен в Спирит совсем недавно и не был настолько фанатичен, как тот же Чак Альф. Перед ним кто-то стоял, но я его не видел — стоявшего скрывал паритет. Однако взгляд собакена то и дело концентрировался в одной и той же точке пространства. Ему задавали вопросы, он отвечал. Все правильно: все хотят жить, любой ценой, и этот пёс цеплялся за любую возможность выжить. Картинка была смазанной и нечеткой, но я успел рассмотреть жетон, висевший на окровавленной спекшейся корке, что покрывала его грудь. На жетоне было вдавлено имя: Длиза.
Я понял, что мне пытается показать Спирит. Именно он раскрыл офицерам AF, что у их группы был специальный маяк, на основе которого в департаменте боевой магии были созданы копии. Они-то и направляли боевые машины прямо к Алам.
— Господа иномирцы, вашей Самалит грозят реальные проблемы. Некий Длиза проболтался о следящем маячке, и теперь все машины Терры корректируют свои маршруты с предполагаемым маршрутом королевы, — проговорил я, вырвав Эйни из её видения.
— Но этого не может быть! — растерянно произнесла она. — Мы же оставили Длизу на Земле!
— Вы — да, а другая группа — нет, — вспомнил я о жетоне у Чака Альф.
Тем не менее в моей голове что-то не сходилось. «Почему Герра ничего не сказала про допрос Длизы? Почему Чак Альф ничего не знал про четвертого бойца группы?» Ответ напрашивался только один: была еще и третья группа из альтернативной Терры, про которую мне также ничего не сказали. Не сказали и хладнокровно отдали под просчитанный и закономерный удар эмпатии.