— Если только это был не тот, кто виноват в её голоде, — проворчал Лебо. — Но это вряд ли. Бродящая по академии голодная виверна была только на руку Бенуа.
Тут довольная Виви снова начала сыто урчать и в шутку попыталась поймать меня. Я принял вызов, хоть мне было и тяжело, и мы начали играть в догонялки: я парил вокруг неё, а она щёлкала пастью в воздухе, якобы охотясь на меня.
— Как они сдружились… — радостно прокомментировала Леонье, любуясь на нашу игру.
— А когда это они успели? — нахмурился Лебо. — Вы в этот край зверинца сегодня не ходили.
— И то верно… — задумалась Маргерит.
Тут Лоран посмотрел на меня, угрожающе сощурившись:
— Эви… Не ты ли ночью подпитал беглянку?
Я замер, размышляя, что делать. Виви тоже остановилась, заметив моё замешательство. Подумав немного, я решил сдаться на милость Лебо. Мигнув дважды синим цветом, виновато осел на землю.
Лоран смотрел на меня осуждающе, а Маргерит — разочарованно.
— Малыш, почему ты нам ничего не сказал про виверну? — покачала она головой.
— Что ж… — довольно хохотнул профессор, — вот и последняя тайна этого дела раскрыта. Раз уж все фамильяры теперь подпитаны, пора и нам подкрепиться. Пойдёмте обратно в кабинет, я вас троих чаем угощу. Вы ведь из-за всего этого пропустили обед.
В подтверждение слов профессора живот Маргерит предательски заурчал.
— Будем благодарны, — кивнул профессору суровый Лебо.
* * *
И вот мы снова сидим в кабинете на территории зверинца. Откуда-то взялся маленький журнальный столик, который поставили напротив диванчика и принесли ещё два стула. Мужчины усадили Маргерит на диван, а сами расположились на стульях по разные стороны стола. Профессор создал заклинание, что-то вроде светлячков из мелких капелек воды, которые, преломляя лучи солнца, попадающие из окна, сделали комнату светлее.
На столике уже стояла корзинка, полная булочек, и три чашки чая, от которых поднимался пар. Я в который раз с завистью полетал над угощениями. Даже попробовал надкусить одну из булочек, но не получилось, и я с досадой положил её обратно в блюдо. Вот бы мне попробовать человеческой еды! Но увы, я не мог ощутить ни вкуса, ни запаха. Эх…
Тем временем люди уже доели по булочке, запив чаем, и завязался разговор.
— Что ж, теперь я должен выполнить данное вам обещание, мадемуазель, — подал голос профессор, — и рассказать, если вам всё ещё интересно, при каких обстоятельствах дал себе обещание беречь фамильяров.
— Конечно, интересно! — кивала Маргерит. — Пожалуйста, расскажите.
Профессор откинулся на спинку стула и посмотрел в пустую стену, но будто видел там нечто иное.
— Мне тогда как раз исполнилось девять лет, — начал свой рассказ Делон. — Отец, опытный артефактор, собирался отправиться к аномалии, насобирать себе ингредиентов для ремесла. Я стал проситься с ним, уж больно мне было интересно. После многочисленных уговоров он сдался и согласился взять меня с собой, потребовав, чтобы я не отставал от него ни на шаг. Но мир аномалии оказался таким интересным! Целая отдельная экосистема образовывалась возле мощного источника магии. Пока отец собирал себе ингредиенты, я глазел по сторонам. То подходил к кустам, трогал их необычные листья, то прислушивался к крикам птиц, бежал проверять, кто шуршит в зарослях. Так, куст за кустом, дерево за деревом, я и не заметил, как отстал от отца и окончательно заблудился.