— Чего ж на снегоходах не гоняли?
— Топливо выходило слишком дорого, да еще и трещины во льду. Некоторые очень глубокие. Если ехать быстро, их не видно, особенно когда снегопад или метель. Куча народу убилась и целый ангар техники потеряли, пока не придумали для мелких посылок использовать котов. Знаешь, отнести несколько галлонов моторного масла со склада к вахтовикам или деталь для дробилки. Даже для чего-то большого дешевле выходило снарядить кошачий караван с санями, чем поднять катер.
— Вот задница.
— Темнота такая же, уверен. Может, я пойду впереди?
— Я не отдам тебе комм.
— Не доверяешь?
— Я никому не доверяю. А ты что-то слишком довольный. Погляжу на тебя через пару часов.
— Без проблем. Я только что понял, люблю пешие походы. Главное, чтобы ничего нигде не мешало. Чтобы в ботинках не было песка, а рюкзак не бил по спине. У тебя лямки туго натянуты?
Никса понесло. Он болтал без умолку, рассказывая про жизнь на Фризе, про разные приметы, про то, как свет фонаря падает на снег, про то, что аккумуляторы от мороза садятся быстрее и нести запасные приходится, согревая их на груди под футболкой. Про запасные перчатки, про страховку и ледовые кошки. Риктер слушал и даже вопросы вставлял.
— Что-то хорошее там все-таки было, а? — спросил Риктер со странной интонацией. — В том, что ты идешь, совсем один, и никто тебе не указывает.
— Что-то было, — согласился Никс.
Они остановились выпить воды и продолжили путь. Свет не менялся, ветер подгонял их в спину.
— Я был свободен, — улыбнулся Никс сам себе. — И там мы были в одной лодке с людьми. Сегодня они пустили тебя погреться и накормили своей едой, завтра ты вышел на поиск потерявшегося снегохода с геологом. Мне было шестнадцать, когда я попал на Фриз. Ни о чем не думал, пока летел туда, все равно было, куда податься. Но там все изменилось. И я изменился, понял, что хочу большего. Больше узнать, больше увидеть. Если мне понравились дороги там, может мне понравились бы и космические пути? Система огромна и кроме снежной планеты в ней есть тысячи других. Ну и вот.
Еще через полчаса пути, при очередной остановке Никс отметил, что Риктер дышит тяжело и шумно. Это было скверно. Похоже, темп для него оказался высоковат. Никс догадывался, что Риктер держится на одной воле и никогда не признается в усталости. Снова попив воды, они пошли дальше.
— А теперь ты готов променять свою свободу на команду транспортника? Снова служить людям? Поменять свободу, ради которой ты бежал из колонии, которая дает тебе возможность мотаться по космосу. Ты правда готов от нее отказаться? — Дыхание Риктера сбивалось, не то от усталости, не то от волнения. — Большинство котов — они как Джейд. Свободу эту в гробу видали, им лишь бы тепло и сыто. Но мы не такие. Ты, я… Неужели ты готов отречься от вольной жизни, дать накинуть на себя поводок? Да не поверю.
— Конечно же, нет! Вовсе я не собираюсь расставаться с вольной жизнью. Я просто хочу быть свободным вместе с ними. Быть свободным вместе с кем-то гораздо интереснее, чем одному. — Никс мечтательно улыбнулся.