Голем сорвался с места с чудовищной, невозможной для такой массы скоростью.
Пол вагона-ресторана прогнулся под тяжестью твари, столики с посудой полетели в стороны, разлетаясь в щепки от ударов массивных шипастых лап. Чудовище выбросило вперед правую конечность, которая на лету трансформировалась в длинный, сегментированный бич из спрессованных костей и пси-плазмы, целясь ровно в шею юноши.
Нико не стал блокировать удар сталью.
Парень скользнул в сторону на воздушной подушке «Зефирной поступи», пропуская хлыст в сантиметре от своего кейпа. Костяной наконечник с оглушительным треском пробил переборку кухни насквозь, вырвав кусок алюминиевого листа, но Нико уже сократил дистанцию.
— Удар старый, Вадим. В Дамаске ты бил быстрее!
Фальшион в руках юноши ожил.
Напитанный энтропией клинок вошел в плечевой сустав голема с вибрирующим ультразвуковым свистом. Закаленная рессора легко рассекла уплотненную органику и перебила центральный пучок пси-волокон. Левая рука чудовища с глухим стуком отвалилась, упав на разорванный ковер и мгновенно расплывшись лужей зловонной черной жижи.
Голем взревел низким, инфразвуковым ревом, от которого задрожали панорамные окна.
Из обрубка конечности вырвался веер острых фиолетовых кристаллов ментальной боли, но Нико активировал домен «Вакуумного поля».
Пространство вокруг мага омертвело. Психическая атака растворилась в пустоте, не найдя среды для передачи импульса. Голем замер на долю секунды, потеряв ориентацию от внезапно нахлынувшего абсолютного безмолвия, и этой секунды магу хватило с головой.
Нико опустил клинок и выставил вперед обе руки, широко расставив пальцы в черных перчатках.
В солнечном сплетении юноши закипел настоящий ураган. Магистр Бури не стал тратить время на послойную разделку твари: он собрал весь объем воздуха в вагоне-ресторане в единый, монолитный кинетический кулак колоссальной плотности.
— Пошел вон из поезда, ростовщик!
Шквал сорвался с ладоней с оглушительным громоподобным ревом.
Ударная волна сжатой атмосферы весом в несколько десятков тонн ударила в грудь Аватара с силой разогнавшегося товарного локомотива.
Чудовище подбросило в воздух, как тряпичную куклу. Голем с чудовищным треском вынес массивную барную стойку, снес два ряда столиков и на полной скорости впечатался спиной в гигантское панорамное окно вагона-ресторана.
ЗВОН! ХРУСТ! ТРЕХ!
Толстый армированный триплекс взорвался миллионом сверкающих осколков.
Шквал вышвырнул воющего от ярости и бессилия фантома наружу, прямо в ледяную ночную тьму, на скорости в сто двадцать километров в час.
Тело голема кубарем покатилось по железнодорожной насыпи, вспахивая мерзлый гравий и снег, пока окончательно не разлетелось на куски под откосом, разорванное собственным нестабильным ядром на мелкие брызги грязи и гаснущих фиолетовых искр.
В разбитое окно вагона-ресторана с яростным свистом ворвался ледяной уличный воздух, закружив в зале вихри мокрого снега и мелких бумажных салфеток.
Ментальный купол над составом лопнул окончательно, осыпавшись невидимой пылью. Скорый поезд «Новокузнецк — Москва» снова летел по чистым, свободным от морока рельсам, монотонно отбивая колесами привычный ритм:тудух-тудух, тудух-тудух .