– Ты мог бы… и не раздеваться, – хрипло замечаю я.
Он без восторга смотрит на меня, приподняв бровь:
– Мне и так хорошо, но спасибо за предложение.
Эмметт тянет за пояс своих шортов, словно инстинкт заставляет его снять их, перед тем как лечь в постель. Что означает, что он, вероятно, спит голым или как минимум в одних трусах.
И снова я не должна этого знать.
Ему требуется меньше секунды, чтобы осознать свою ошибку, а потом поправить пояс на бедрах, оставив шорты на месте. Затем он забирается в кровать, отталкивая простыни и одеяло подальше от своего разгоряченного тела. Раскинув свои длинные ноги и заложив одну руку за голову, он обнаруживает, что я все еще стою у двери.
– Давай же, принцесса, – он хлопает по матрасу рядом с собой. – Я хочу хоть чуть-чуть поспать.
Я, как правило, редко нервничаю, но это заставляет меня заволноваться.Он заставляет меня волноваться. Он не должен выглядеть так хорошо, когда он так устал, и я не должна забираться в постель рядом с ним.
Сняв тапочки и оставив свое одеяло-плащ на себе, я залезаю на матрас и очень быстро осознаю, что эта кровать шириной метр шестьдесят, а не метр восемьдесят, судя по тому, что я сразу же ощущаю жар его тела.
Это приятно, и все-таки он уже чересчур близко.
Как только моя голова касается подушки, Эмметт выключает свет, и комната погружается в темноту.
Я ничего не вижу. Я ничего не слышу, кроме стука собственных зубов. Каждый мускул в моем теле горит, изо всех сил стараясь согреться. Я лежу на боку, повернувшись к Эмметту спиной, поджав колени к груди и стараясь сохранить как можно больше тепла.
– Тебе все еще холодно? – тихо спрашивает из-за моей спины.
– Замерзаю.
– Сними это одеяло. От него телу лишь холоднее.
– Мне просто нужно время, чтобы согреться, и все будет нормально.
Минута тишины. Я уже начинаю думать, что он решил никак не реагировать, но потом он шепчет нечто совсем неподобающее, что звучит особенно громко в комнате, где слышен каждый шорох:
– Я могу согреть тебя.
Я оглядываюсь через плечо и смотрю на него. Мои глаза уже достаточно привыкли к отсутствию света, чтобы увидеть, что он лежит на боку лицом ко мне.
Эмметт осторожно протягивает руку, заправляет мои волосы за ухо, а потом проводит костяшками пальцев по моей щеке, чтобы я смогла почувствовать, насколько он теплый.
Я практически мурчу, поддаваясь на его прикосновение.
– Убери одеяло, Риз, и двигайся сюда.
– Эмметт.
– Не чуди. Просто двигайся сюда. Я не смогу заснуть, если ты там будешь возиться всю ночь, пытаясь согреться.
Я не могу. Я не должна.
Слишком многое стоит на кону.
Этот бейсбольный клуб.
Его карьера.
Моя карьера.
Моя репутация.
Тот факт, что я первая в истории женщина – владелец команды, и сейчас я лежу в постели с моим главным тренером.
Но он прав, в этом одеяле слишком холодно, так что я решаю скинуть его на пол у кровати. Только вместо того, чтобы пододвинуться к нему, я тянусь к краю матраса, куда он сдвинул свои простыню и одеяло, и натягиваю их на себя вплоть до подбородка.
Он ничего не говорит на это, и я тоже.