На этом видео заканчивается, и меня подмывает зашвырнуть телефон на другой конец комнаты в надежде, что он разобьется о стену, чтобы мне больше никогда не пришлось слышать его голос.
После этого клипа вылезает превью другого, которое автоматически запустится следующим, но у меня больше нет сил их смотреть. У меня нет сил слушать еще одного осла, обсуждающего человека, о котором они ни черта не знают.
И под «они» я подразумеваю ведущих подкастов, которые считают, будто, раз они купили микрофон и записывают свои речи, теперь они стали экспертами в спорте. Да даже надежные источники в индустрии могут идти в жопу после того, как они позволили себе рассуждать о Риз на этой неделе.
Они и понятия не имеют о том, что именно Риз нашла Майло.
Что она чертовски умна, когда дело касается и бизнеса, и бейсбола.
Что она и слезинки не пролила из-за всей той ненависти, которая обрушилась на нее, потому что она не желает демонстрировать чувства, зная, что идиоты вроде этого обзовут ее эмоционально неуравновешенной.
Я с чуть большей, чем нужно, силой бросаю телефон на прикроватную тумбочку, и только я кладу голову обратно на подушку, как в мою дверь стучат.
Вздрогнув, поскольку сейчас середина ночи, я лежу и внимательно прислушиваюсь. Стены в этом отеле такие тонкие, что я даже не совсем уверен, что стучали именно в мою дверь.
Секунд через десять стук повторяется. Легкое постукивание, а потом до меня доходит, что звук исходит не от главной двери, которая ведет в общий коридор. Стук идет от двери, соединяющей мой номер с соседним.
В том номере живет Риз. Мы не в первый раз делим смежные номера в отеле. По сути, это даже не первый раз, когда между нашими номерами есть дверь. И не первый раз, когда я не запираю ее со своей стороны в надежде, что она ее откроет.
Но это первый раз, когда она пытается это сделать.
– Открыто, – кричу я.
Ручка поворачивается, но проходит много времени перед тем, как дверь отворяется, словно Риз не уверена, что вообще хочет этого. В прошлый раз, когда она была в моем гостиничном номере, из этого чуть не вышла чертова катастрофа. Сейчас же, когда ей не нужно выходить в общий коридор, чтобы попасть к себе, ситуация намного безопаснее.
Наконец дверь приоткрывается в достаточной степени, чтобы Риз смогла просунуть голову и заглянуть в мой номер.
Свежее лицо без макияжа. Уставшие глаза. Виноватая улыбка.
– Привет, – ласково говорю я. – Не спится?
Она отрицательно качает головой в ответ.
– А тебе?
– Мне тоже.
Она приоткрывает дверь чуть шире, демонстрируя мне свой пижамный комплект. Ведь иначе и быть не могло: даже когда она не в лучшей форме, ее образ по-прежнему идеально подобран.
– Можно мне… – Она осекается, дожидаясь, когда я договорю за нее.
Мне было бы так легко это сделать. Я точно знаю, что она хочет сказать, но еще мне нужно, чтобы она начала принимать тот факт, что просить помощи – это нормально, особенно у меня.
Так что я молчу.
– Ты не… ты не против, если я останусь здесь на ночь?
Мое сердце словно разрывается на части от того, какой печальной она выглядит. Какой уязвимой она звучит, когда это спрашивает. Она слишком часто заботится о себе сама, отчего эта просьба несет в себе намного больше значения, чем простое желание поспать в моей постели.