Все, что рассказал мне Кай об этом парне, уже изменило мой взгляд на него, и с тех пор мне было непросто с ним. Я старался вести себя как можно профессиональнее, но я понимаю, что с этим у меня не очень.
Как с Риз, так и, в ином смысле, с Харрисоном.
Он отпускает несколько язвительных замечаний о том, что ей, наверное, хочется взять гантели полегче. Он говорит, что ему не хватало ее в командировке в Детройт. А потом он снова спрашивает ее, что она делает здесь в пятницу вечером.
Мне требуются все мои силы, чтобы не выйти и не наехать на него за то, как он говорит с ней, но я также знаю, что Риз не понравится, если я выскочу спасать ее, когда она сама способна справиться с ситуацией. Так что вместо этого я продолжаю слушать.
– Я владею этим местом, – просто отвечает она. – Так чтотебе здесь нужно?
Харрисон оскорбительно усмехается, и весь этот разговор демонстрирует мне ту его сторону, которую я сам никогда не видел.
– Я оставил здесь машину на время выездной серии, так что мой приятель подбросил меня сюда. – И, по всей видимости, там с ней сейчас два человека. – Я просто показывал ему это прекрасное сооружение, которымты , как ты подчеркнула, владеешь.
Он не врет. Я помню, как сегодня вечером парковал свой пикап на частной стоянке рядом с его автомобилем. Но не задумывался о нем до этого момента.
– Тут есть уборная? – спрашивает приятель Харрисона.
– Вон там, – отвечает Харрисон. – Мне тоже туда надо.
Не то чтобы меня волнует, что он узнает, что я здесь, но мне очень любопытно услышать, что еще он может сказать, когда считает, что его никто не слышит. Именно поэтому я проскальзываю в душевую кабинку, пока Харрисон не успел увидеть меня.
–Это твоя начальница? – спрашивает его друг.
Он презрительно усмехается:
– Ага, именно.
– Она секси.
Ладно. Пошел на хрен.
– Чувак, это унизительно, – шепчет Харрисон. – Я играю за единственную чертову команду, которой управляет баба. Это ей не по зубам.
Перед моими глазами все плывет от злости.
Гнев, который начал утихать после последнего разговора с Риз, быстро снова разгорается. Моя кровь кипит, и вся энергия, которую я потратил на упражнения для ног, накатывает на меня обратно, награждая меня ошеломляющим желанием врезать этому парню прямо по лицу.
Они заканчивают свои дела и выходят из уборной, но перед тем, как покинуть зал, Харрисон говорит Риз еще кое-что:
– Если тебе нечем заняться сегодня ночью, у меня есть что предложить.
Услышав, как дверь тренажерного зала закрывается, я сразу же выхожу из душевой кабинки, из уборной и тут же вижу, что Риз уже смотрит в мою сторону. Она словно знает, что я все слышал и мне есть что сказать.
– Он разговаривал с тобой так до этого?
Она вздыхает:
– Эмметт…
– Риз, – на этот раз в моем голосе еще больше гнева и настойчивости, – он разговаривал с тобой так до этого?
Она ничего не отвечает, но мне достаточно ее молчания, чтобы понять, что подобный диалог был ей не в новинку.
Я уже знаю, почему она не хочет отвечать мне. Она не хочет, чтобы я подумал, будто ее идея продать его имела какое-то отношение к тому, как он обращается с ней. Но я теперь уже знаю, что ради блага бейсбольного клуба Риз готова отодвинуть подобное в сторону. Если бы она считала, что он подходящий игрок для команды, она даже не подумала бы о том, чтобы избавиться от него просто из-за того, что он высокомерный мелкий мудак.