Я посмотрел на их лица, на знакомые, родные лица тех, с кем прошел огонь и воду. И я понял, что теперь моя крепость обрела свой гарнизон. Настоящий, боевой, преданный мне до последней капли крови. Теперь можно было ждать гостей.
* * *
Угроза со стороны «Союза» висела над «Бастионом», как грозовая туча. Я знал, что мой дерзкий ответ лишь отсрочил неизбежное. Полдня в академии на занятиях, ещё полдня в мастерской, а ночи за учебниками, пытаясь выжать из суток сорок восемь часов. Сон стал роскошью, я питался на ходу, постоянно подстегивая себя стимуляторами и литрами горячего кофе. Я был на взводе, как пружина, и это напряжение начало сказываться.
Елена заметила это первой, мы все чаще «случайно» сталкивались в библиотеке или на аллеях парка. Она ничего не спрашивала, но я видел в ее глазах беспокойство. Она видела мои темные круги под глазами, мою нервную сосредоточенность. Однажды вечером она подошла ко мне, когда я, в очередной раз, сидел в библиотеке, уставившись в одну точку на чертеже и не видя его.
— Кирилл, — ее голос был тихим, почти шепотом. — С вами все в порядке? Вы выглядите… измотанным.
Я поднял на нее тяжелый взгляд, затем попытался изобразить любезную улыбку
— Все в порядке, Елена, просто много работы. — судя по нахмурившейся мордашке, получилось так себе.
— Я слышала… — она запнулась, подбирая слова. — О визите из «Союза Промышленников». В Академии только об этом и шепчут. Говорят, они угрожали вам.
Слухи в этом гадюшнике распространялись быстрее чумы. Я горестно вздохнул.
— Это просто деловые разногласия, ничего серьезного.
— Не лгите мне! — в ее голосе прозвучали нотки гнева. — Я знаю этих людей, мой отец имел с ними дело. Это не просто «деловые разногласия». Шакалы, которые не остановятся ни перед чем. Если они вцепились в вас, они не отпустят!
Она села напротив, ее взгляд был серьезным и требовательным.
— Мой отец… он мог бы помочь, у него есть влияние. Один его звонок, и они оставят вас в покое. Позвольте мне поговорить с ним.
Я посмотрел на ее прекрасное, встревоженное лицо, и почувствовал укол вины. Она искренне хотела помочь, но принять помощь означало втянуть Елену и самого генерала, в мою грязную и очень скоро кровавую войну. Поставить под удар, я не мог этого допустить.
— Елена, я ценю ваше беспокойство, правда! Но я не могу принять вашу помощь, — сказал я как можно мягче. — Это моя битва, я должен справиться с ней сам.
— Но почему⁈ — она не понимала. В ее мире было принято решать проблемы с помощью связей, с помощью могущественных покровителей.
— Потому что, если я приму помощь вашего отца, я стану его должником и вашим тоже. А я не хочу, чтобы вы были замешаны в моих… делах. Это слишком…Кхм, пусть будет опасно, да.
— Но я хочу помочь! — упрямо повторила она.
— Лучшая ваша помощь, это в ближайшее время держаться от меня подальше, — сказал я жестче, чем хотел. — Поверьте, так будет лучше для всех.
Я увидел, как в ее глазах мелькнула обида. Она встала, ее лицо снова стало холодным и неприступным, как маска.
— Как знаете, капитан Строганов, — процедила она. — Если вы предпочитаете сражаться в одиночку, это ваш выбор.