— Мне нужны мои парни, — сказал я прямо. — Матвеев, Хмырь, Ворон и вся остальная банда.
Арсеньев на том конце провода долго молчал.
— Ты просишь меня разбазаривать лучших бойцов батальона, — наконец произнес он. — После твоего «отпуска» у меня и так некомплект.
— Я прошу вас помочь мне выжить, полковник, — сказал я уже серьезно. — И, возможно, в будущем, помочь выжить и вам. То, что я здесь строю, однажды понадобится всей армии.
Он снова помолчал.
— Я не могу их просто так отпустить, — сказал он. — Но… я могу отправить их в «длительную командировку для выполнения особо важного задания» в столицу. А по возвращении… все они напишут рапорты об увольнении в запас по собственному желанию в связи с окончанием срока службы.
— Спасибо, полковник, я ваш должник.
— Ты уже расплатился, капитан, — буркнул он и отключился. — но всё равно будешь должен…
Вопрос с людьми был решен, теперь оставалось самое главное, это оружие. Карабинов и пистолетов было явно недостаточно, чтобы остановить серьезный штурм.
— Алиса, разверни проект «Еж», — скомандовал я, возвращаясь в цех. — Стационарные огневые точки внутри здания. Крупнокалиберные пулеметы, которые будут простреливать все входы и основные проходы. Управление дистанционное, с моего планшета или с центрального поста. И еще… мне нужна «последняя линия обороны». Что-то, что гарантированно остановит любого, кто прорвется внутрь.
— Есть одна идея, — на ее лице появилась хищная улыбка. — Помнишь того маленького паучка, которого использовали во Владивостоке?
— Да не особо — хмыкнул в ответ — ты же молчишь, как партизан.
— А теперь представь себе таких же паучков, но размером от крысы до крупной собаки. — проигнорировала мой выпад ушастая — Вооружим их стволами с картечью или зарядами взрывчатки. Целый рой таких «малышей», спящих в вентиляционных шахтах и под потолком, которые по твоей команде обрушатся на врага. Назовём проект «Чёрная вдова»
Это было жестоко, страшно и… гениально.
— Делай, — сказал я.
Следующие несколько дней «Бастион» превратился в кипящий котел. Пока строители возводили стену и меняли коммуникации, мы с моей командой работали, не покладая рук. Старик Морозов и Грушин собирали корпуса для турелей и «Вдов». Братья Беловы синтезировали нужные компоненты. Лаврентьев писал для них программное обеспечение. Я же, разрываясь между Академией и мастерской, контролировал весь процесс, внося коррективы и решая возникающие проблемы.
Ровно через неделю, когда строители закончили свою работу, в ворота «Бастиона» въехал пыльный, потрепанный автобус. Из него вышли двенадцать человек в выцветшей армейской форме без опознавательных знаков. Усталые, небритые, но с той самой волчьей ухмылкой на лицах.
Матвеев, мой верный сержант, подошел ко мне и, оглядев преобразившийся цех, присвистнул.
— Ни хрена себе, командир… Ты тут что, личный рай для инженера построил?
Он протянул мне руку, его рукопожатие было всё таким же крепким, как сталь.
— Отряд в вашем распоряжении, капитан Строганов, — доложил он уже официально под удивлённые взгляды работников Бастиона — Готовы к выполнению любой задачи.