«Интересно, — мелькнуло у него, — а она когда-нибудь чувствовала себя чужой на своей родной планете? Как я на Транторе, где меня с детства учили быть послушным инструментом?»
А Наталин тем временем продолжала:
— У нас там почти нет городов. Население не так велико, а колонизация началась лет триста тому назад. У человечества почти не оказалось материалов, годных для нашей атмосферы.
На Дамасте суровые ветры, которые могут сточить даже камень, не говоря о пластике. Они воют ночами, как голодные звери, и заставляют дома дрожать в унисон с их рёвом.
Но первые поселенцы обнаружили опустевшие замки — следы погибшей цивилизации, возможно, отчасти похожей на нас. Смешно, но некоторые учёные считают, что там жили… эльфы.
На камнях можно найти картинки, изображающие остроухих существ. Их силуэты выгравированы так тонко, что кажется, будто они вот-вот сойдут с поверхности камня и заговорят. Впрочем, с тем же успехом это могли быть прямоходящие кролики.
Наталин заметила улыбку на губах Стефана и тут же расплылась в ответной улыбке. Её лицо в этот момент стало почти детским — таким открытым и беззащитным, что у Стефана на секунду сжалось сердце.
Он невольно потянулся рукой к её щеке, но в последний момент сдержался, опустив руку.
«Как легко было бы сейчас поверить, что всё это по-настоящему, — пронеслось в его голове. — Что мы просто двое людей, которые нашли друг друга в этом огромном, холодном космосе».
Он глубоко вдохнул, пытаясь унять странное волнение, и слегка наклонил голову, чтобы лучше видеть её глаза.
15
Некоторое время они просто смотрели друг на друга, а потом она опомнилась:
— Расскажи мне о Ядре. Пожалуйста. Там ещё больше людей, чем здесь?
Стефан на мгновение задумался, подбирая слова. В памяти всплыли огромные мегаполисы Трантора, бесконечные потоки людей, гул транспорта, огни рекламы…
«Там всё другое, — подумал он. — Там нет ветра, который поёт древние песни. Там нет замков, хранящих тайны исчезнувших народов. Там всё создано людьми — и всё подчинено людям. Но есть ли в этом настоящая жизнь?»
Он посмотрел на Наталин и мягко улыбнулся.
— Да, — ответил он вслух. — Там гораздо больше людей. И всё движется быстрее, громче, ярче. Но знаешь, иногда мне кажется, что именно здесь, на таких вот планетах, как Деметрос или Дамаст, жизнь ощущается острее. Потому что здесь люди не прячутся за технологиями — они сталкиваются с миром лицом к лицу. С ветром, с камнями, с древними загадками… И учатся быть сильнее.
Он замолчал, удивлённый тем, как много он вдруг сказал. Обычно он держал свои мысли при себе, особенно те, что касались чего-то личного. Но с Наталин слова шли сами собой, словно она каким-то образом разблокировала что-то внутри него.
«Может быть, — подумал он, — именно в этом и есть суть свободы? Не в том, чтобы бежать, а в том, чтобы найти того, кому можно открыть душу?»
Стефан рассмеялся немного нервно. Наталин была решительной и целеустремлённой во многих вопросах — и такой… наивной в некоторых других. Эта смесь силы и невинности завораживала его — как будто перед ним стояла одновременно воительница и ребёнок, только что открывший для себя мир.