Глава 12
Глава 12 КЕЙДЕН
Вернувшись домой из школы, Кейден увидел, что папа сидит на качелях у дома в своей любимой ядовито-синей рубашке. Сам Кейден из соображений дополнительной защиты предпочитал носить черное, но его отец всегда больше доверял синему цвету. Он заявлял, что так чувствует себя в безопасности ик тому же синий хорошо сочетается с цветом его глаз. Мама учила Кейдена, что синий способствует ясности ума и концентрации, но, может быть, папе именно это и нужно было для того, чтобы чувствовать себя под защитой.
– Ты сегодня рано, – сказал Кейден. Отец помогал маме с семейным бизнесом, но официально работал в офисе программистом.
– Да, больше не смог высидеть, – с улыбкой ответил папа.
– Тогда почему ты сидишь здесь?
– К твоей маме пришел клиент на консультацию. Мистер Мерфи.
Теперь понятно, откуда взялась незнакомая машина, которую Кейден видел на дорожке, когда шел к дому.
– Это случайно не родственник моей классной руководительницы?
– Вполне возможно. У них загородный дом в Нью-Гэмпшире, возможно, там поселились призраки, и мистер Мерфи попросил совета в этом вопросе.
Кейден осторожно опустил энергетический щит и проверил ауру дома. Все как будто нормально… конечно, насколько это возможно в их жилище. Скорее всего, мама прибегла к чему-то простому, вроде расклада Таро.
Папа похлопал рукой по сиденью.
– Садись.
Кейден медлил. Он не сомневался, что отец специально дожидался его, чтобы поговорить. А это уж точно не к добру.
Но потом Кейден ощутил грусть отца, скрывавшуюся за веселыми словами и широкой улыбкой. Ему вспомнилось, как недавно они убирались в комнате, где стоял шкаф, доверху заваленный всяким хламом. Папа тоже как будто собрал в кучу все свои противоречивые эмоции и спрятал их куда подальше. Поэтому Кейден бросил рюкзак на крыльцо, сел на качели и откинулся на подушки.
Оба тихо качались вперед-назад. Вчерашней влажной духоты и след простыл, наконец-то задул холодный, свежий, уже осенний ветер. Листья медленно падали с веток и укрывали траву внизу, предвечернее небо полыхало ярким, пронзительно-синим цветом – оттенок, который можно увидеть только в это время года. Вокруг разливалось непривычное для этих мест умиротворение.
Кейден знал, что это ненадолго. Как и всегда.
– На этой неделе будет ровно девять месяцев, – внезапно сказал отец. – Девять месяцев с тех пор, как твой брат…
Он осекся так же резко, как заговорил, и между ними повисло тяжелое молчание. Они практически никогда не говорили об Эйдене, во всяком случае с тех пор, как минул первый месяц, – тогда все они еще не отошли от шока и ни о ком другом даже думать не могли. Кейдену вспомнились расспросы журналистов, поиски, лихорадочные и безнадежные. Бесконечные полицейские допросы. Кейден знал, что, если скажет правду, никто ему не поверит, поэтому приходилось лгать, снова и снова.
Вы же не хотите мешать ходу следствия, верно, мистер Прайс?
Кейден сжал кулаки. Он все еще злился из-за того, что Патрику отлично известно, кто он такой. Патрик явно знает, что после исчезновения брата полицейские несколько раз разговаривали с ним и с каждым разом подобные «разговоры» становились все серьезнее – в итоге даже одноклассники об этом узнали. Именно поэтому многие полагали, что Кейден убил своего брата. А он сам даже не мог винить одноклассников или полицию. Он был последним, кто видел Эйдена живым, очевидно, что все его подозревают. И нельзя сказать, чтобы они так уж сильно ошибались.