Он блаженно возвел глаза к потолку и потрясенно промычал:
— М-м-м! Боже, какая же это неповторимая, бесподобная, восхитительная, великолепная, изумительная… гадость!
— Что?!! — возмущенно вскричала я. — Очень опрометчиво говорить такое женщине с ножом в руке! А ну-ка, дай сюда ложку!
Я выхватила у него из рук ложку с остатками соуса, несмотря на то, что он ее уже облизал. Впихнула в себя остатки. И тут же скривилась и сплюнула на пол, наплевав на манеры:
— Бе-е! Тьфу! Ты прав. Неудачный рецепт попался. Вычеркиваем соус к мясу из меню.
Вид у меня, должно быть, был донельзя огорченный. Мой первый кулинарный опыт «на продажу» оказался ужасным.
— Да не переживай ты так, — попытался утешить меня Даниэль. — Быть может, ты еще сумеешь заработать на этом соусе к мясу, если будешь предлагать его в другом качестве. Попробуй, например, такие названия как «Средство для травли тараканов с черным перцем» или «Убойное угощение для мышей с огоньком». Может, кулинария — это просто не твое…
— Издеваешься? Я должна научиться готовить! У меня нет другого выхода. Заработать срочно денег я могу только на блюдах из тыквы. К тому же, говорят, путь к сердцу мужчины лежит через желудок…
— Если женщина думает, что путь к сердцу мужчины лежит через желудок, она слишком высоко метит, — сально ухмыльнулся Даниэль и, прикусив губу, кинул откровенный мужской взгляд на мои формы.
Я почувствовала, как кровь бросилась мне в лицо. Наверное, я была в тот момент пунцовая, как вареный рак. Так захотелось огреть Даниэля полотенцем или даже скалкой.
— Ах, ты!… Пошляк! Вон отсюда! — сделала я знак «кыш» рукой за неимением рядом полотенца.
— Извини! — поднял руки в примирительном жесте корабел, стараясь спрятать нахальную ухмылку. — Грубый матросский юмор не предназначен для нежных ушек прекрасной галантерейщицы. Но мне был обещан пирог! Я рисковал жизнью, и теперь без пирога я не уйду!
— Пирог получишь. И за нанесенную обиду заплатишь, — зловеще пообещала я.
— Кровью? — иронично поднял бровь Даниэль и покосился на большой кухонный нож в моей руке.
— Зачем мне твоя кровь? Мне крышу починить надо. Протекает.
Вот так! Это у слабой женщины мужчина всегда виноват. У сильной — он еще и наказан.
Строитель яхт притворно взгрустнул и издал тяжкий вздох. Но я видела, что в его синих глазах мелькают смешинки.
— Жестокая и коварная женщина, — укорил он меня. — Заманила наивного беззащитного мужчину на пироги. Едва не отравила. Я терпел, потому что лелеял надежду, что ты меня так затейливо соблазняешь. А ты заставляешь бесплатно крышу чинить!
— Не бесплатно. Получишь весь тыквенный пирог. Целиком.
Даниэль отрицательно покачал головой.
— Нет. Так дело не пойдет. Может, твой пирог не лучше той ядреной дряни в виде соуса. Принимаю оплату поцелуями.
Сердится на Даниэля долго не было никакой мочи. Я фыркнула и расхохоталась:
— Как ты не разорился еще с такой оплатой? За строительство яхт тебе тоже платят поцелуями?
— Нет. Я не целуюсь с моряками. У них у всех колючие бороды. Боюсь поцарапаться, — продолжал паясничать корабел. — Считай, это уникальное торговое предложение. Только для тебя. Разве починка крыши не стоит поцелуя?