— Это какая-то ошибка, — растерянно пролепетала я. — У меня нет родни. Может, спутали с кем?
— Ну да! Береника Бруст — это ж такое распространенное имя! Прямо, как Сара Смит. Поздравляю с наследством! — нахально усмехнулся рыжий пацан. — Завтра утром вам надо быть у нотариуса. Адрес на конверте.
Глава 3. Условие спившейся феи-крестной
Уже в девять утра я в своем сером платье, чинно сложив руки на коленях, сидела перед сухопарым седым нотариусом Хэнком Финнеганом.
— Ваша двоюродная бабушка Юфимия Фей скончалась и оставила вам…
«Долги!» — тревожно мелькнуло у меня в голове.
— Это какая-то ошибка, — затараторила я. — Моя мама была сиротой. И ни братьев, ни сестер, ни теть, ни бабушек у нее не было.
— Двоюродная бабушка по отцу, — строго взглянул на меня поверх очков нотариус, недовольный, что его перебили.
Ох! Про отца-то я и забыла. Как и он про меня. Отец бросил мою маму, еще когда она была беременной. И, как я поняла из ее неохотных скудных объяснений, он был тот еще ходок. Я его в глаза не видела, как и никого с отцовской стороны. Даже не знаю, жив ли он еще. И если жив, то где его носит. Ну надо же! Кому-то из родни он все же обо мне сообщил!
— Итак, — откашлялся нотариус, держа перед глазами документ. — Бездетная и никогда не бывавшая замужем Юфимия Фей оставила вам, Береника Бруст, своей внучатой племяннице, двухэтажный дом и двадцать соток земли в деревне Гадюкины Гати в Вестомшире. Этот участок земли является площадкой тыквенно-каретной мастерской…
— Как-как, простите? Тыквенно-каретной мастерской? Как у феи-крестной что ли? Двоюродная бабушка делала кареты из тыкв?
— Вам не говорили, юная леди, что у вас несносная привычка перебивать? — раздраженно отметил Хэнк Финнеган и вновь устремил на меня строгий взгляд поверх очков. — Я могу продолжать?
— Простите. Продолжайте, прошу вас.
— Именно. Ваша двоюродная бабушка делала кареты из гигантских тыкв. Тем и жила. На средства от тыквенных карет построен дом на участке. И сейчас на этих двадцати сотках зреет новый урожай тыкв, которые Юфимия успела посадить ранее в этом году. Так что вступать в наследство надо как можно скорее. Ведь погода непредсказуема, и урожай может сгнить на корню на участке без хозяина. Однако в последние годы хозяйка сильно болела. Каретами не занималась. Растеряла покупателей. Дом обветшал и требует ремонта. Юфимия оставила в завещании три условия для окончательного вступления в наследство. Первое: надо починить крышу в доме и сделать там необходимый ремонт. Второе: новой хозяйке надо показать смекалку и фантазию, продать весь урожай тыкв тридцатью разными способами. Третье: из вырученных за тыквы денег сто золотых вы обязаны принести в начале ноября в нашу контору «Финнеган и Крейг»…
— Но сто золотых монет за тыквы, выращенные на двадцати сотках, никто не даст! Тыквы столько не стоят! Да я таких денег никогда в руках не держала!
— Вы опять перебиваете?! — начал закипать нотариус. Однако профессионализм взял свое, и, пофыркав от возмущения, старик продолжил читать документ. — … И тогда владение домом и участком будет закреплено навеки, а наследник, выполнивший все условия завещания, получит каретный артефакт. В данный момент артефакт хранится в государственном банке, в ячейке, зарезервированной Юфимией Фей. Деньги пойдут в оплату услуг банка и дополнительных услуг посредников, то есть — нас с Крейгом. Все необходимые документы для доступа к ячейке хранятся в нотариальной конторе «Финнеган и Крейг».