– Мне давно известно, что вы находитесь здесь, – заговорил Джерарди, щель его рта чуть раздалась, что следовало расценивать как презрительную улыбку. – Я заметил вас на постоялом дворе на полпути во Фраскати; я видел, как вы съежились и задрожали, когда я сказал о смерти Анжелы Соврани. Вы спрятались за газетой – в этом не было смысла, ибо рука ваша тряслась. Она сама себя выдала, эта рука убийцы!
Со слабым стоном Варильо отвернулся к стене и накрыл голову подушкой.
– Сейчас-то зачем вам эти жалкие прятки? – процедил Джерарди. – Вы, известный хамелеон, наконец-то явились миру в истинном своем цвете; зачем же лезть под подушку? Вы были обычным лжецом, но отныне каждому ясно, что сотворил вас сам дьявол. Можете смотреть на меня без страха, ибо мы с вами друг друга понимаем!
Варильо не смел открыть глаза и жалко поскуливал, так что Джерарди опустил на его плечо свою тяжкую длань.
– Ну же, будьте мужчиной! Довольно валяться в постели, подобно хворому ребенку! Что вас терзает? Вы не совершили ничего противоестественного! Вы хотели уничтожить препятствие, которое стояло на вашем пути; за это я вами восхищаюсь! Я на вашем месте поступил бы так же!
С опаскою Варильо приподнялся и рискнул наконец взглянуть в смуглое лицо Джерарди.
– Жаль только, что попытка ваша не удалась, – продолжал прелат. – Жаль, вы не избавили мир от этого «гения в юбке» – от одной из тех, чьи умения посрамляют мужчин! Впрочем, возможно, вас как раз утешит новость, что удар ваш был недостаточно силен или недостаточно точен и что ваша нареченная невеста выжила. Вам есть на ком жениться, если, конечно, будет на то ее воля!
– Выжила! – вскричал Флориан. – Анжела выжила?
– Вот именно, – холодно подтвердил Джерарди. – Вы рады? Ваше любящее сердце забилось сильнее при известии, что эта женщина – в двадцать раз щедрее, чем вы, одаренная, стократно, в сравнении с вами, прославленная, имеющая в тысячу раз больше поклонников своего таланта, нежели имеете вы, – осталась жива и будет увенчана неувядаемой славой, а ваш удел – презрение и забвение? Ну как – довольны ли вы?
Нездоровый румянец выступил на щеках Варильо, бессознательно он вцепился в одеяло и забормотал:
– Она жива! Жива! Это, должно быть, чудо… Я бил изо всей силы… я рассчитал удар, я вонзил клинок точно и глубоко!
Джерарди глядел с любопытством почти научным – так вивисектор наблюдает за конвульсиями замученного им зверька.
– Наверное, за Анжелу молился кардинал Феликс, – с издевкой предположил Джерарди. – Раз он исцелил маленького калеку в Руане, почему бы ему было не воскресить из мертвых родную племянницу? Довольно! Чудо это или нет, а она жива. Поэтому я здесь!
– Поэтому… вы… здесь? – машинально повторил Варильо.
– Как же вы непонятливы! – язвительно заметил Джерарди. – Мне казалось, что субъект вроде вас – благополучно скрывающий дюжину интрижек в одном только Риме – мог бы проявить больше сообразительности! Говорю вам: Анжела Соврани жива, и я пришел, чтобы помочь вам разделаться с нею раз и навсегда! Ваша первая попытка была неудачной и притом опасной для вас; вам, друг мой, надобно умертвить не саму Анжелу, но ее репутацию, чтобы построить свою собственную!