— Нет, — я покачал головой. — Это не решит проблемы, будет очередной междусобойчик. Да Голицыны потеряют наследника, но шансов, что у папаши не сорвёт резьбу крайне мал. Как итог, меня тупо закопают сразу после суда над Димочкой, не считаясь с последствиями, которые просто выльются в финансы. Я никто и звать меня никак.
Я повернулся к ней, и в голове уже начал складываться новый, безумный и рискованный план.
— Этот артефакт… Он станет не их козырем, — на моих губах появилась злая усмешка. — Он станет их могилой.
Алиса смотрела на меня, склонив голову набок, ее виртуальные глаза за стеклами очков пытались просчитать ход моих мыслей. Она видела, что я не испугался, не впал в отчаяние. Наоборот, информация о «Печати Ярости» словно включила во мне какой-то новый расчетливый режим.
— Ты хочешь использовать его артефакт против него самого? — наконец спросила она, подтверждая мои мысли. — Это крайне рискованно, дорогой хозяин. Вероятность летального исхода для тебя резко возрастает!
— А какова вероятность, что Голицын оставит меня в покое, если я откажусь от дуэли? — парировал я.
— Ноль целых, ноль десятых, — нехотя признала она.
— Вот именно! Так что давай работать с тем, что есть.
Я начал ходить по комнате, мозг, подстегиваемый Консолью, работал на пределе. Информация о «Печати Ярости» была ключом. Голицын думал, что получил абсолютное оружие, но на самом деле он получил мощный, но нестабильный и опасный инструмент. И, как любой инструмент, он имел инструкцию по эксплуатации и слабые места.
— Итак, что мы имеем, — начал рассуждать вслух, раскладывая все по полочкам. — Первое: Голицын слабее, чем кажется. Его реальный уровень почти Гамма, но почти не считается, не тот объём Пыли, не тот уровень контроля. Второе: он будет использовать артефакт. Это даст огромный всплеск грубой силы, но лишит его тонкости и контроля. Третье: артефакт выдает эмоциональные качели тем больше, чем дольше Димон будет его использовать, теряя контроль над ситуацией.
— Логично, — кивнула Алиса, выводя на дисплей ключевые тезисы. — Твоя задача не дать ему задавить тебя этой мощью на начальном этапе и дождаться, пока он выдохнется или потеряет контроль.
— Не будем просто ждать, предлагаю способствовать этому, — я остановился. — Будем его жёстко провоцировать.
В моей голове уже вырисовывался план, который я озвучил Алисе.
— Это очень опасно, — покачала головой хвостатая. — Один неверный шаг, одна ошибка в расчетах, и ты превратишься в пепел или подушечку для иголок.
— Я знаю, поэтому мне нужна твоя помощь, будешь моим вторым пилотом и третьей рукой.
— Я буду твоими глазами, — серьезно сказала Алиса. — Но твое тело… оно должно выдержать. Надеюсь не надо напоминать, как ты опять прошелся по краю относительно недавно?
— Для этого и нужна интеграция. И еще… — я посмотрел на дисплей, где все еще висело изображение «Печати Ярости». — У этого артефакта должен быть предел. Что будет, если перегрузить его?
Алиса на секунду задумалась.
— Теоретически… если нанести по нему точный физический удар в момент пиковой нагрузки, это может вызвать обратный выброс. Вся накопленная в нем «дикая» Пыль хлынет обратно в носителя. Это, как если бы взорвалась граната, но не наружу, а внутрь. Эффект будет… фатальным.