— Пожалуйста, — произношу я помощнице, — можешь достать с верхней полки в гардеробе мою сумку Луи Виттон? Нет, ничего там убирать или добавлять не нужно. Там оптимальный набор для путешествия.
Он усмехается.
— Я не знал, что у тебя аэрофобия…
— Да, но… Дело ведь не только в полете… Это… Я вроде как наладила свою жизнь в Дубае.
Он снова усмехается.
— Спокойствие, Дагмара. Только спокойствие. Никто тебя не собирается вырывать из твоей жизни. Мы улетим временно, пока ситуация не стабилизируется. Я предложил то же самое сделать Ренату и Малихе. Отныне он несет за нее ответственность. Ее отцу будет важно услышать, что жених печется о своей будущей жене. Он улетят сегодня же в Москву…
— Я бы тоже хотела в Москву…
Взгляд Сулеймана становится совсем черным и непроницаемым, но настолько жестким, что если бы я в него прыгнула, то отпружинила бы…
— Ты хотела побывать в Сингапуре. В Москве сейчас прескверная погода. Мы закрываем эту тему, Дагмара.
Он резко оглядывается к окну. Я пытаюсь убедить себя, что зря волнуюсь… Что он правильно говорит и логично. В новостях красной строкой и правда о том, что все страны массово эвакуируют своих граждан из-за обострения ситуации. Так почему мне кажется, что причина его решения кроется в другом?
— Я бы хотела хотя бы какие-то вещи собрать, Сулейман… — выдыхаю, — понимаю, что ты все организуешь, но…
— Хорошо, — идет на встречу, — позвони горничной, пусть соберет то, что нужно. Только оперативно. Сами в квартиру мы уже не успеем.
Я набираю Нэнси и хаотично соображаю, что нужно всего у нее попросить…
Понимание этого накрывает горячим приливом к щекам…
— Пожалуйста, — произношу я помощнице, — можешь достать с верхней полки в гардеробе мою сумку Луи Виттон? Нет, ничего там убирать или добавлять не нужно. Там оптимальный набор для путешествия.
Но не шмотки сейчас меня интересуют.
Среди вещей старый телефон, который дал мне Ренат, когда я только приехала в Москву…
Глава 50
Удивительно, как твое личное мироощущение влияет на восприятие реальности. Уверена, если бы я приехала с другим настроем и ощущениями, это место бы стало одним из моих любимых… Все то, что составляет Сингапур, могло бы стать для меня чем-то удивительно прекрасным, романтичным, неповторимым… Каплями влажного ветра, осколками неоновых вывесок, стрекотом цикад, который смешивается с гулом кондиционеров я бы могла чувствовать любовь…. Но нет. Я ощущаю себя за решеткой. Стекло и сталь, сады на крышах, белые облака, что цепляются за шпили Марина Бэй. Это не красота для меня, а тюрьма. Сингапур пахнет жасмином и выхлопными газами, липким рисом из ночных лавочек и чем-то стерильным, как операционная… Мне тошнит от этого запаха. Мне все время тошнит эти десять дней…
А ведь все могло бы быть иначе… Я бы растворилась в нем. Я бы бежала босиком по променаду, вдыхая соленый бриз, я бы потерялась в супердеревьях «Гарденс бай зе бей», где светятся искусственные джунгли, и мне было бы все равно, что они ненастоящие. В любви все прекрасно, даже синтетика. Я бы ела чили-краба, обжигая пальцы, и пачкала бы платье, и смеялась бы над этим… И он бы смеялся надо мной… Мы бы вдвоем забрались на колесо обозрения, чтобы увидеть город сверху, где Малайзия тает на горизонте, а суда ползут, как игрушечные.