Джимми Джон низкорослый пухлый мужчина с сияющими серыми глазами, вернулся вместе с папой. Ему не удалось найти ключ, но они уже видели нижний этаж, а на втором, по его словам, располагалось еще три комнаты – со старинной кроватью в одной из них и шкафами в каждой.
– И хозяйственный шкаф под лестницей.
Они стояли на каменной тропинке и смотрели на дом.
– Что собираетесь со мной делать? – спросил дом так ясно, как только может говорить дом.
– Сколько вы за него хотите? – спросил папа.
– Четыреста – там еще и мебель в придачу, – заявил Джимми Джон, подмигивая Джейн. Джейн залихватски подмигнула в ответ. В конце концов, бабушка осталась за тысячу миль.
– Плакали мои денежки[28] , – кивнул папа. Он не попытался «подсбить» цену. И без того большой удачей было приобрести все это великолепие за четыреста долларов.
Папа заплатил пятьдесят и пообещал внести оставшуюся сумму завтра.
– Дом ваш, – произнес Джимми Джон с таким видом, точно делал им подарок.
Но Джейн знала, что дом всегда принадлежал им.
– Дом, пруд и берег… и гавань! Хорошая покупка, – остался доволен папа. – И пол-акра[29] земли. Я всю жизнь мечтал обзавестись землей… только чтобы встать на ней и сказать: «Это мое». А теперь, Джейн, варкается[30] .
– Четыре часа. – Джейн слишком хорошо помнила «Алису», чтобы ее можно было так просто подловить.
Как раз когда они собирались уезжать, сквозь кленовый лес принеслась карманная версия Джимми Джона с бесстыдным личиком – и принесла ключ, который нашелся в отсутствие оригинала. Джимми Джон с поклоном вручил его Джейн. Джейн крепко сжимала ключ в кулаке всю дорогу до Бруквью. Она любила его. Подумать только, что он откроет для нее.
Они обнаружили, что изрядно проголодались, поскольку напрочь забыли про обед, и выудили сливочное печенье миссис Мид.
– Ты разрешишь мне готовить, папа?
– А как же, тебе придется.Я не умею.
Джейн просияла.
– Папа, я хочу переехать прямо завтра.
– Почему нет? Я достану матрасы и какую-нибудь еду. Начнем с этого.
– Я так не хочу отпускать этот день, – призналась Джейн. – Мне не верится, что еще хоть один сможет стать настолько же счастливым.
– У нас есть завтра, Джейн… давай посчитаем… около девяносто пяти «завтра».
– Девяносто пять! – возликовала Джейн.
– Будем творить, что захотим, в рамках приличия. Будем чистоплотными, но не слишком. Ленивыми, но не очень… достаточно, чтобы сходились все концы со всеми концами. И мы ни за что не заведем это дьявольское изобретение, также известное как будильник.
– Но нам ведь нужны какие-то часы, – возразила Джейн.
– У Тимоти Солта, который живет возле устья гавани, есть старинные корабельные часы. Я попрошу его одолжить их нам. Они ходят, только когда захотят, но какая разница? Ты заштопаешь мне носки, Джейн?
– Да, – отозвалась Джейн, в жизни не штопавшая носков.
– Джейн, мы на седьмом небе. Какая невероятная удача, Джейн, что ты спросила того мужчину!
– Совсем не удача. Язнала , что он знает, – не согласилась Джейн. – И, папа, пожалуйста, давай не будем никому рассказывать о доме, пока не переедем?