– Конечно, – согласился отец. – Никому, кроме тети Ирен. Ей мы, конечно, расскажем.
Джейн промолчала. Пока папа это не сказал, она и не догадывалась, что ей хотелось хранить дом в секрете именно от тети Ирен.
Джейн не верила, что ей удастся заснуть этой ночью. Как прикажете спать, когда есть столько чудесных вещей, о которых можно поразмыслить? Некоторые приводили ее в недоумение.Почему два таких человека, как мама и папа, ненавидят друг друга? Какая-то бессмыслица. Они оба по-своему очаровательны. Наверное, они любили друг друга прежде. Что изменилось? Если бы она, Джейн, только знала правду, может, ей удалось бы что-то придумать.
Но когда она уносилась в сон, полный красных дорог, затененных елями и ведущих к прелестным домикам, последней ее мыслью было: «Интересно, сможем ли мы достать молока у Джимми Джонов?»
Глава 17
На следующий день они «переехали». До обеда Джейн с отцом успели наведаться в город, купить массу консервов и все необходимое для постелей. Джейн вдобавок приобрела льняные платья и передники. Она знала, что ничего из купленного бабушкой не пригодится ей в Лантерн-Хилл. Джейн тайком от отца сбегала в книжную лавку и купила «Поваренную книгу для начинающих». Мама дала ей доллар перед отъездом, а Джейн не собиралась действовать наобум.
Они поехали навестить тетю Ирен, но той не оказалось дома. У Джейн были свои причины для радости, однако она оставила их при себе. После обеда они привязали сундучок и чемодан Джейн к подножкам и потряслись к Лантерн-Хилл. Миссис Мид собрала им в дорогу коробку пончиков, три буханки хлеба, круглый кусок масла с узором из листьев клевера, кувшин сливок, пирог с изюмом и сушеную треску.
– Положи ее вымачиваться сегодня вечером и запеки на завтрак, – посоветовала она Джейн.
Дом остался на месте. Джейн переживала, что за ночь его украдут. Он казался ей настолько привлекательным, что у нее не умещалось в голове, как другие могут его не хотеть. Ей было жаль тетушку Матильду Джолли, которой пришлось умереть и оставить его. Не верилось, что даже в золотом дворце Джейн забыла бы Лантерн-Хилл.
– Папа, можно я отопру дверь? – Она дрожала от восторга, ступая за порог.
– Это… это дом, – проговорила Джейн. Дом… нечто, неведомое ей прежде. Никогда еще слезы не подступали так близко.
Они бегали по дому, как дети. Наверху оказалось три комнаты: одна побольше, на севере, и Джейн решила, что она предназначается папе.
– Ты не хотела бы сама там жить, беспечная душа? Из окна видно гавань.
– Нет, я хочу ту милую комнатку в конце коридора. Мне нужна маленькая комната, папа. А оставшаяся пусть будет комнатой для гостей.
– Нам нужна комната для гостей? Позволь напомнить, что мерилом свободы любого человека является то, без чего он не может обойтись.
– О, ну конечно нам нужна комната для гостей! – Джейн нравилась эта мысль. – Они же будут приезжать к нам время от времени?
– Там нет кровати.
– Где-нибудь достанем. Пап, домрад видеть нас – рад, что в нем снова кто-то живет. Стульяхотят , чтобы на них сели.
– Маленький романтик! – подтрунивал отец. Но в глазах его играл понимающий смех.