Медленно выдыхаю, ещё раз осмысливая информацию.
Мэрсивены состоят в попечительском совете. Этого я не знала. Я вообще про спонсирование и попечительский совет не думала, потому что раньше училась только в государственных школах. Там, конечно, тоже есть спонсоры, но они играют не такую роль, как в частных школах.
— Что ж, ясно, — говорю я наконец. — Спасибо за совет. А почему ты решил мне его дать, а не остаться в стороне?
Бигхел хмыкает, взъерошивает пятернёй и без того лохматые волосы и отвечает:
— В своё время старуха Фёрствей дала мне один бесплатный совет. Очень хороший совет. Отплатить ей за него я не смог и не смогу. Да и чем бы? Так что хоть так отдам долг. Надеюсь, мой совет пригодится.
— Спасибо, — киваю я.
Что за совет дала моя бабушка, я не решаюсь спросить. Наверное, это было что-то важное, раз Бигхел чувствует, что обязан бабушке, и в память о ней предостерёг меня.
— Ладно, бывай! — говорит Бигхел и снова безбашенно усмехается, превращаясь в шутника и балагура, каким был на уроках.
Смотрю, как он разворачивается и шагает в сторону выхода со внутреннего двора, и тут замечаю сбитые костяшки на его правой руке. Оборачиваюсь к стене. Там, вроде бы, ничего нет, но почему-то мне кажется, что эта рука била вот сюда, в стену. Я даже почти могу различить потемневшее пятно. Почти. Но на самом деле ничего не различаю.
— Бигхел, а зачем ты ранишь себя?
Слова вылетают сами собой. Я не понимаю, зачем спрашиваю об этом.
Бигхел останавливается, замирает, потом медленно оборачивается и очень внимательно смотрит на меня. Таким серьёзным я его не видела. А возможно, не видел никто.
— А вот это, Фёрствей, тебя не касается, — кидает он через плечо и быстро уходит.
Я шумно выдыхаю, отгоняю ненужные мысли и тоже иду со внутреннего двора, подхожу к велосипедам, отстёгиваю свой и, выкатив за ворота, запрыгиваю на сидение и быстро набираю скорость. Она чудесным образом помогает бурлящим и не влезающим в голову мыслям наконец хоть как-то улечься.
Новая школа, радушно открыв свои двери, уже познакомила со своими «интересными» особенностями. Мне в первый же день «повезло» столкнуться с королевой школы и нарваться на давление свиты. Резко замолчавший Гринфорс и избегающая меня Дороти, которая до этого сама предлагала помощь, явственно об этом говорят. Возможно, королева не давала по поводу меня никаких указаний. Да скорее всего, и не давала. Много чести, чтобы с какой-то залётной вороной возиться. Королевы на такое не размениваются. Это всё свита. Хотя, возможно, и ей ничего не пришлось делать на этот раз. Все ученики просто помнят прошлые случаи, когда свита сворой собак накидывалась на одинокого ученика посмевшего, как и я сегодня, нечаянно выступить и затмить королеву. Помнят и не горят желанием попасть под удар. Это всё понятно. Печально, конечно, и несколько обидно, но понятно. Мало кто полезет на рожон вступаться за незнакомого человека. Ни Гринфорс, ни Дороти на воинов не тянут.
Придётся мне, значит, одной держать удар. И ожидать его в скором времени. Что ж, буду ожидать. Предупреждён — вооружён. Спасибо Бигхелу.