— Что случилось со световыми камнями? — спрашивает магистр. — Кто их сломал? И что вы тут затеяли?
Я не могу говорить. Мне кажется, если я попытаюсь произнести хоть слово, то у меня получится только то самое гудение, которое я слышала, когда расширялась. Поэтому просто стою, дышу ровно и стараюсь побыстрее собраться обратно в себя. Мэрсивен сейчас может говорить любую чушь, и ей поверят просто потому, что она говорит.
— Мисс Мэрсивен? — обращается к той магистр Райсот.
Мэрсивен ещё раз бросает на меня удивлённый взгляд, а потом сжимает кулаки и говорит то, чего я никак не ожидала услышать:
— Простите, магистр, кажется… кажется, это я виновата. Я активировала слишком много камней.
Теперь с удивлением смотрю на Мэрсивен я. Зачем она берёт вину на себя? Или она и правда решила, что виновата она? Что всё это из-за камней? Но даже если так, даже если она так решила, почему она признаёт вину, а не валит всё на меня? До этого она обвиняла меня вообще в какой-то несусветной чуши. А сейчас-то что поменялось?
Магистр Райсот смотрит на Мэрсивен, на меня, поджимает губы и выговаривает:
— Мисс Мэрсивен, мисс Фёрствей, пройдёмте-ка к директору.
Мэрсивен кивает и послушно идёт за магистром Райсот, а я… Я пытаюсь. И, вроде, даже получается, но очень медленно. Ведь я всё ещё башня. Башня, которая уничтожает камни внутри себя, а значит по дороге мне не должно попасться ни одного маг камня. Это нереально.
— Мисс Фёрствей, с вами всё в порядке? — озабоченно спрашивает магистр Райсот. — Вы кажетесь бледной.
Пожимаю плечами. Я всё ещё боюсь говорить. И вообще, я смотрю на магистра откуда-то с вышины, и это полная дикость.
— Может, вас отвести в медпункт?
Качаю головой и воздаю хвалу небесам за то, что двигать головой в этом дурацком состоянии у меня получается лучше, чем ногами.
— Хорошо, тогда просто посидите вот здесь. Я позже подойду и всё-таки провожу вас в медпункт. Вы очень бледная.
На этом магистр с Мэрсивен уходят, а я остаюсь стоять возле скамейки у дверей библиотеки. Присесть я не пытаюсь. Незачем. Мне нужно просто собраться в кучу, и я стану снова нормальным человеком, и не нужен мне никакой медпункт. Просто нужно чуть-чуть подождать, когда башня сложится обратно. И больше не расширять её. Никогда.
И вот, когда я почти уже собираюсь в себя, слышу шум с первого этажа и знакомый голос:
— Сандра!
Этот голос сотрясает стены здания и греет душу одновременно. Голос мамы!
Что она тут делает? Когда примчалась? Зачем? Ничего непонятно, но так здорово, что она здесь.
— Сандра, ты где?.. А, вот!
Мама поднимается по лестнице и подлетает ко мне, берёт за плечи, всматривается в лицо.
— Кто-то напал с камнями? Кто? — шепчет она. — Я эту дрянь в порошок сотру, а тут камня на камне не оставлю.
— Случайно получилось, — уклончиво говорю я, и у меня получается говорить словами. — Неважно. Со мной всё в порядке.
— Ничего не в порядке! Ты бледная, как мел.
— Это просто состояние башни так выглядит, наверное. Ты вообще как здесь очутилась?
Мама оглядывает меня тревожны взглядом ещё раз, потом чуть выдыхает.