Жемчужный пояс тянулся, плавно изгибаясь несколькими волнами, почти через все южные моря. Начинался чуть южнее Западного мыса на сотню миль от континента, и всего полсотни миль не доставал до берегов Юго-Восточного полуострова. Ближайшие за ним цепочки свободных островов, не занятых континентальными поселенцами, их военными фортами, галерной каторгой, рассыпанной тоже по десяткам островов, получил название Жемчужных цепей или, на местный манер — Малеги-Коле, — Жемчужное ожерелье. Как всякие бусы, «коле» — колье.
С научной точки зрения, если представить природную границу, защищающую Острова, в разрезе, то на дне в этом месте поднимается извилистый хребет подводных гор. Он поднялся так близко к солнцу, что вода над ним всегда теплая, благоприятная для роста кораллов и крупного жемчуга.
Второй слой этого огромного «пирога» — коралловый. На морском горном хребте в тёплых водах самая большая по всем мирам колония кораллов вырастила огромный риф.
Третий слой — зелёный. На живых кораллах не растут водоросли, зато на отмерших «этажах» вырос целый подводный лес. Там охотно «гнездятся» стаи рыб и живут прочие морские существа — охотятся друг на дружку, плодятся и живут, иногда путешествуя и расселяясь на сотни миль, но так никогда и не покидая родной риф.
Живут на рифе все его многочисленные обитатели почти мирно, считая себя добрыми соседями, охотясь только на проплывающие стаи рыб, корабли и ловцов жемчуга, в общем, на приходящих «чужаков».
Все, кроме одного вила колючей, наглой и прожорливой морской звезды, которая — не думая о последствиях для всех живущих, неудержимо пожирает кораллы. Считается, что первые проходы в рифе для кораблей прогрызли именно эти звёзды. И если бы ни тот самый гигантский тритон, что словно сторожевой пёс охраняет риф, поедая прожорливых морских звёзд, к моменту колонизации Островов, дыр в Жемчужном поясе могло быть намного больше.
Тритон (тилити) веками героически защищает риф, колючая звезда отгрызает от него по кусочку. Точнее, слизывает и пьёт, растворяя кораллы своим пищеварительным соком как леденец. И, в целом, все довольны, гигантский риф не уменьшается, кое-где даже подрастает. Сверху его рост ограничен слишком горячим солнцем, снизу — холодной глубиной моря, между ними орудует банда морских звёзд. Но намного больше дыр в кораллах прорубили люди для своих судоходных путей.
И всё же, риф густо населён, а среди бурых зарослей рядами растут и жадно ловят воду полуоткрытыми створками разновеликие раковины-жемчужницы.
Из поколения в поколение ловцы жемчуга с разных островов жемчужных цепей знают свой участок рифа, и помнят, где мелкие жемчужины, которым ещё нужно подрасти, а где уже пора собирать урожай. Молодые ловцы ловкими пальцами сами подбрасывают в раковины маленькие «зёрна» будущих жемчужин. За годы подводной жизни раковины оденут их роскошной перламутровой мантией, и придёт время юным маалегам выйти в свет, к людям, чтобы их красотой все восхищались.
Жемчужины тёплых оттенков, с розовым и золотистым отливом особо ценят коллекционеры и ювелиры. Но чисто-белые и чёрные, тоже никогда не выходят из моды. А уж голубым и зеленым на аукционах особенно рады. Главное — блеск, размер и форма.