В этой — просто человек, который проснулся в чужом теле и понятия не имеет, как здесь оказался.— Военный инструктор? — он поднял бровь. — Женщина?— В моём мире женщины служат наравне с мужчинами. И не только инструкторами. И командуют, и под пули идут. — Яр позволила себе лёгкую усмешку. — Удивлены?— Удивлён, — честно сказал Авелий. — В Асведиане женщины — хранительницы очага, а не воины.— Значит, пора менять. — Яр пожала плечами. — Но это не ко мне вопрос. Я здесь, чтобы выжить. И, насколько я поняла, помочь вам с заговором.Авелий нахмурился.— Какой ещё заговор?— Многоликий сказал: кто-то из ваших приближённых хочет вас убить. И родители Джулии — мои теперь — что-то знают, но молчат. Имена он не назвал, велел искать самим.Император откинулся на спинку кресла. Какое-то время молчал.— И вы думаете, что я поверю на слово женщине, которая сидела в темнице за подставу и похищение?— Я не совершала подставы и похищения, — спокойно ответила Яр. — Я вообще ничего не помню из того, что сделала Джулия. Для меня это чужая жизнь. Но если вы не верите, можете оставить меня под домашним арестом. Мне не привыкать.— Наглая, — заметил Авелий.— Правдивая, — парировала Яр. — Наглость — это когда врут с улыбкой. Я не вру.Он смотрел на неё долго, изучающе. Потом встал, подошёл к окну, повернулся спиной.— Софья просила за вас. Эрман — тоже. Оба уверяют, что вы не преступница. Я склонен доверять их чутью. Но если вы меня обманете…— Не обману, — перебила Яр. — Я не умею. В моей профессии ложь убивает.— Ваша профессия — убивать? — он резко обернулся.— Моя профессия — защищать. И иногда — учить защищаться. Разница есть.Авелий усмехнулся.— Вы не похожи ни на одну женщину, которую я встречал.— Спасибо, — сухо ответила Яр. — Надеюсь, это комплимент.— Не знаю пока, — он вернулся за стол. — Ладно. Вот мои условия.Он перечислил:— Вы остаётесь во дворце, в той же комнате. Под охраной. Без права покидать крыло без моего разрешения. Вы не будете общаться с посторонними без моего ведома. Вы не будете пытаться сбежать или навредить кому-либо.
И вы будете отвечать за свои слова — если выяснится, что вы лжёте, вас казнят. Несмотря на заступничество герцогини Софьи.— Принято, — кивнула Яр. — Но у меня тоже есть условие.— У вас? — Авелий поднял бровь.— Мне нужно чем-то заниматься. Сидеть в комнате и ждать, пока меня казнят или помилуют, — не для меня. Я хочу тренироваться. Восстанавливать форму. Если я буду вашим телохранителем — как сказал Многоликий — то должна быть в хорошей физической кондиции.— Телохранителем? — Авелий чуть не рассмеялся. — Вы? Женщина? В теле аристократки, которая не держала в руках ничего тяжелее веера?— В своём мире я держала в руках автомат, — сухо ответила Яр. — И укладывала на лопатки мужиков по сто килограммов. У Джулии слабое тело, но это поправимо. Дайте мне месяц, и я буду готова драться.— Драться? С кем?— С теми, кто хочет вас убить. — Яр подалась вперёд. — Вы не верите в заговор? Проверьте. Спросите Эрмана, есть ли подозрительные среди вашего окружения. Уверена, он что-то найдёт.Авелий задумался. Потом вздохнул.— Ладно. Разрешаю вам тренироваться на внутреннем плацу, но под присмотром гвардейца. И без оружия, пока не докажете, что не опасны.— Без оружия я тоже опасна, — улыбнулась Яр. — Но ладно. Договорились.Она встала, собралась уходить, но Авелий остановил её.— Ярослава.— Яр, — поправила она.— Яр. — Он произнёс это медленно, как пробуя на вкус. — Одно условие.— Какое?— Будьте осторожны. Если вы правда из другого мира и правда невиновны… я не хочу вашей смерти. Хватит уже смертей при моём дворе.Яр посмотрела на него. В его глазах мелькнуло что-то усталое, почти человеческое.— Договорились, — сказала она. — Не умру. Постараюсь.Она вышла из кабинета, закрыв за собой дверь. В коридоре её ждал стражник.— Ну как? — спросил он.— Нормально, — ответила Яр. — Он не кусается.— Зато казнит, — заметил стражник.— Успеется.Она пошла обратно в свою комнату. И только там, оставшись одна, позволила себе выдохнуть.— Дерьмо, — прошептала она. — Красивый, зараза. И умный. Ещё и не хочет моей смерти. Как с таким работать?Она села на кровать, обхватила колени руками.— Ладно, Яр. Ты справишься. Главное — не влюбиться. А то это было бы полным провалом.