— Что? — спросила Яр, насторожившись.
Софья оглянулась на дверь и, убедившись, что никто не подслушивает, вытащила из-под фартука смятую записку.
— Мне только что передал один из слуг канцлера, — сказала она, протягивая бумагу Яр. — Сказал, что это срочно, и что он больше не может рисковать. Он видел твою встречу с родителями и решил, что ты заслуживаешь знать правду.
Яр развернула записку. Буквы были торопливыми, но разборчивыми:
«Джулия, если вы читаете это — значит, вы уже близки к разгадке. Канцлер планирует покушение на императора через три дня, на церемонии открытия памятника в честь дня основания Асведиана. Это будет на главной площади, во время ежегодной Ярмарки мастеров, когда все взгляды устремлены на небо — в этот день запускают фейерверки, а император произносит речь. Он хочет обставить всё как несчастный случай. Охрана будет отвлечена на толпу, и в нужный момент человек в толпе нанесёт удар. Если вы хотите остановить его, вы должны действовать сейчас. Я не могу сказать больше — за мной следят. Верьте тем, кто рядом ».
Яр подняла взгляд на Эрмана.
— Покушение на ярмарке мастеров. День основания Асведиана. Три дня.
— Это ежегодное событие, — сказал Эрман, нахмурившись. — Обычно император открывает её речью, затем запускают фейерверки, и все горожане собираются на площади. Идеальное место для начала переворота — множество людей, шум, суета.
— И никакой лишней маскировки, — добавила Софья. — Ведь есть толпа, которая может укрыть убийцу.
— Это усложняет задачу, — заметил Эрман. — Мы не знаем, кто именно будет убийцей. Может, он уже находится среди нас.
— Тогда нам нужно усилить охрану, но так, чтобы канцлер не догадался, — сказала Яр. — Можно незаметно расставить наших людей в толпе. Каждый из них должен следить за подозрительными движениями.
— Мы можем сделать так, чтобы император стоял на возвышении, а рядом — только проверенные люди, — добавил Эрман. — Я распоряжусь, чтобы гвардейцы были на местах, но в штатском. Так мы не выдадим наших планов.
— А я буду стоять рядом с императором, — сказала Яр. — Если кто-то попытается подойти, я буду на месте.
— Ты уверена? — спросила Софья. — Это опасно.
— Я — его телохранитель, — усмехнулась Яр. — Это моя работа.
— Тогда решено, — сказал Эрман. — Завтра мы начнём подготовку. Я пришлю к тебе своих людей для инструкций. Софья, проследи, чтобы слуги в ресторане не проболтались. И постарайся, чтобы никто не заметил, что мы готовимся.
— Не волнуйся, — ответила Софья. — Я заставлю их думать о пирожках, а не о заговорах.
— И, кстати, — Яр кивнула на стены ресторана, — уютно тут у тебя. Приятно, что есть место, где можно спокойно поговорить.
— Спасибо, — улыбнулась Софья. — Я хотела, чтобы здесь было тепло. Как дома. Ну, как в моём старом мире, когда всё было хорошо.
Яр вздохнула, чувствуя, как внутри неё нарастает напряжение.
— Через три дня, — прошептала она. — Будет либо конец заговору, либо начало чего-то худшего.
— Мы справимся, — сказал Эрман, кладя руку ей на плечо. — Мы прошли через многое. И теперь у нас есть план.