— Я и не собираюсь изображать, — пожала плечами Яр. — Я — это я. А кто ожидает другого — пусть ждут. И прошу называть меня Яр. Старое имя мне не нужно.
— Софья мне уже сказала, — кивнул Эрман. — Я передам остальным.
Он помолчал, потом продолжил:
— Я пришёл не только наблюдать. У меня есть новости: ваши родители — граф и графиня Столбины — вернулись в столицу. Они требуют встречи с вами. Император пока не дал согласия, но долго отказывать не сможет.
— Они знают, что я просила называть себя иначе? — спросила Яр.
— Пока нет. Но вы им объясните сами, когда встретитесь. Скажете, что после тюрьмы решили начать новую жизнь.
— Ладно, — нехотя сказала Яр. — Если они начнут меня обнимать и называть доченькой — я потерплю. Но врать, что я их узнаю, не буду.
— И не надо. Им нужна дочь, пусть даже изменившуюся. А нам нужно, чтобы они не мешали расследованию.
— Расследованию чего? — Яр прищурилась.
Эрман оглянулся — гвардейцы отошли подальше, делая вид, что тренируются.
— Заговора против императора, — тихо сказал он. — Софья рассказала мне о вашем сне. Вы правы: кто-то из приближённых готовит покушение. Но кто — неизвестно. Мои люди ищут, пока безрезультатно.
— А ваше сыскное ведомство на что? — Яр скрестила руки на груди.
— На то, что я не могу подозревать каждого, кто входит в тронный зал. Нужны улики.
— Так добудем, — пожала плечами Яр. — Дайте мне доступ к информации, и я помогу.
— Вы — под домашним арестом, — напомнил Эрман. — Ваше дело — тренироваться и не привлекать внимание. А искать буду я.
— Скучно.
— Зато безопасно. — Эрман развернулся. — Завтра в это же время жду вас на плацу. Проверим прогресс.
Он ушёл, оставив Яр с мыслями.
«Интересный тип, — подумала она. — Умный, сдержанный. И муж Софьи — значит, можно доверять. Наверное».
Она сделала ещё несколько упражнений на растяжку, потом вернулась в свою комнату. Тимофей шёл следом, но на этот раз — с уважением.
— Вы правда хотите, чтобы вас называли Яр? — спросил он, когда они зашли.
— Да. Джулия — имя предательницы и трусихи. Я не хочу с ним жить. Яр — коротко, жёстко, по-военному.
— А император знает?
— Император не против, — сказала Яр. — Главное, что герцог и герцогиня в курсе и не возражают.
Тимофей кивнул, явно удовлетворённый ответом.
Она закрыла дверь, рухнула на кровать.
— Отлично, — прошептала она. — Родители на подходе, заговор не раскрыт, а я должна изображать аристократку и при этом набирать форму. Ну, спасибо, Многоликий, удружил.
Она закрыла глаза и провалилась в сон без сновидений.
Глава 9. Семейный разговор
Утро началось с того, что в дверь постучали настойчиво, без обычного «можно войти». Яр, уже проснувшаяся и делавшая зарядку на коврике, подняла голову.
— Войдите.
На пороге стояла Мила с подносом, но лицо у неё было встревоженным.
— Госпожа Яр, — сказала она, ставя поднос. — К вам прибыли граф и графиня Столбины. Император разрешил встречу. Они ждут в малой гостиной через час.
Яр замерла. Родители. Те самые, которые воспитали Джулию в любви и вседозволенности. Те, кто, возможно, знают о готовившемся заговоре больше, чем говорят. Ей предстояло встретиться с ними как с родными, хотя она понятия не имела, что за человек была их дочь на самом деле.