Она тяжело сглатывает, напрягая плечи.
– Да… но нет. Я не из-за этого…
– А. Значит, форум «Следопытов».
– Какого хрена?
– Что там? Кто-нибудь собирается нас навестить? – спрашиваю я, доставая телефон, чтобы посмотреть самому.
– Зачем ты там сидишь?
– Затем же, зачем и ты, конечно. Слежу за ними.
Я пролистываю до самых последних сообщений. Когда вижу имя пользователя, которое узнаю, и фото, которое помню из номера Сэма в гостинице, сердце в груди замирает. Харпер снята издалека, со спины, она уходит из «Магических микстур Майи» после нашей ссоры, после того как я устроил скандал из-за ее ожога. Боже, как же отвратительно я вел себя в тот день, подкалывал ее, что Артур – Убийца с пером, погубивший собственную дочь. Хотя до сих пор не верю, что он хороший человек, нельзя было так говорить – зря причинил ей боль.
Стараясь подавить чувство вины, я поворачиваю экран к ней.
– Сэм следил за тобой. А они, возможно, еще не знают, кто ты или почему была важна для его документалки, но полны решимости это выяснить. Что, если они подумают, будто ты имеешь отношение к его смерти, потому что он следил за тобой? Что тогда?
Я шагаю вперед, нарушая личные границы, но Харпер не отступает. Чем ближе я подхожу, тем прямее она стоит, и единственное, что удерживает меня от попытки высказать ей все страхи и опасения, – внезапное и непреодолимое желание утащить ее подальше в кусты и скрыться от посторонних глаз. И, кажется, она чувствует то же самое. Ее взгляд задерживается на моих губах дольше, чем нужно.
– Это лишь вопрос времени, если ты будешь на виду, – шепчу я, разрушая чары, потрескивающие в воздухе. – Мы оба знаем, что они едут сюда, Харпер. И если ты окажешься в центре поисково-спасательной операции, никакие ложные следы и подброшенные улики нас не спасут. Они найдут тебя.
Мы застыли, сверля друг друга взглядами, в безмолвном противостоянии. Между нами искрится ток и висит напряжение, словно вот-вот разразится гроза. Взгляд ее серебристых глаз острый, как лезвие. Она такая чертовски красивая, когда злится… Ничто не заставит меня возжелать ее сильнее. Ничто не причинит столько боли, как мысль о ее потере.
– Вас-то я и искал, – слышится голос за моей спиной, прерывая наш интимный момент. Рука вновь ложится на израненное плечо.
Я жмурюсь и крепко сжимаю зубы. Когда открываю глаза, взгляд Харпер устремлен на мужчину позади, а на ее губах застыла слабая, но фальшивая улыбка. Она не смеет смотреть на меня. Не рискует хотя бы намекнуть на что-то взглядом.
– Добрый день, шериф, – говорит она.
Я поворачиваюсь к Йетсу лицом и закрываю собой Харпер. Если он захочет подойти к ней, придется просочиться сквозь меня.
– Как дела на Кларк-Роуд? – спрашиваю я.
Если шериф Йетс и взбешен тем, что я только что выдал детали незакрытого дела при посторонней, он этого не показывает – просто ухмыляется нам обоим, поглаживая рукоять пистолета в кобуре.
– Все в порядке. Ничего интересного, по крайней мере пока. Эти старые заброшенные места так и манят подростков, ищущих, где бы выпить, чтобы не промокнуть под дождем и не попасться таким, как я. – Йетс пожимает здоровым плечом, его левая рука все еще перевязана. – Городок у нас маленький. Каждый год одно и то же.