— Ведите дневник питания, — советую я, — Записывайте всё, что ели, вплоть до мельчайших подробностей. Скорее всего, в вашем случае, если раньше подобного не было, изжога обусловлена положением плода внутри. Возможно, ребёночек повернётся, и всё изменится в лучшую сторону.
— Ой, дай-то бог! — произносит она.
— Советую вам отказаться от позднего ужина. За два-три часа до сна избегать тяжёлой пищи, — добавляю я.
— Да вы что, Маргарита Валентиновна! Вы же меня всех радостей жизни лишаете! Я итак постоянно на нервах, спина вон болит, так, что спать не могу. И в туалет по десять раз за ночь бегаю. Хоть памперсы надевай, правда что!
— Вы подушку купили специальную? — интересуюсь я.
Виталина кивает, теребит рыжий хвост:
— Да, конечно! В вашей аптеке. Только муж меня к ней постоянно ревнует, — смеётся она.
— К слову, о муже, — поднимаю я брови, — Он, вероятно, заждался уже? Что, идёмте?
Она, сжав кулачки, как ребёнок, в предвкушении подарков, кивает:
— Да, да!
Мы вызываем её Константина. Он ещё больше взволнован, чем Вита. Уложив её на кушетку, я готовлюсь озвучить вердикт. Пол ребёнка пока неизвестен. Так что, ещё один шанс прояснить самый главный вопрос, вызвал приступ эмоций у обоих родителей.
Костя забавный, курчавый. Правда, волосы собраны в хвост. Он довольно красив, для мужчины. Внешность такая, что он никогда не состарится. И даже, наверное, в старости, будет смотреться моложе накопленных лет.
— Ну, что? — держит Виту за руку.
Я напряжённо гляжу на экран.
— Ну, что я могу вам сказать, — провожу по нему, не касаясь, — Вот это спинка.
— Опять? — сокрушается Вита.
— Вот попка, — веду по экрану, — А это его пяточки.
— Его? — повторяет за мной Константин.
— Его — это значит, ребёнка, — говорю я иными словами.
Он щурится, оба вздыхают.
— Увы, — усмехаюсь их лицам, — Малыш не намерен показывать нам своё личико.
— Так нам и не личико нужно, — спешит убедить Константин.
— А кого вы хотите? — решаю спросить.
— Мальчика!
— Девочку! — говорят в один голос.
— От девчонок одни неприятности, — произносит мамуля.
— Не правда! — встревает отец, — Она будет послушной.
— Уверен? — Виталина вытирает округлый животик салфеткой.
— Ну, если в меня пойдёт, да, — говорит её муж.
— Ой, Кость! — хмурит брови она, — Прекрати!
Назревает размолвка. Я решаю прервать их обоих:
— Каким бы он ни был, ну, или она, главное, чтобы здоровый! А с этим у нас всё в порядке. Наблюдаемся, много гуляем, много спим, в меру кушаем. И никаких нервных встрясок, понятно?
— Да, да, — отвечает моя пациентка.
Константин помогает ей встать. Когда они оба уходят, Ириша бросает им вслед:
— Такие забавные!
— Правда? — я искренне с ней соглашаюсь.
Вот и нам бы так с Ромиком. Я ведь ещё не стара! Мне всего-то, недавно исполнилось сорок. Я могла бы родить. Но вот только… зачем? Если его малыша скоро выносит та, которая вдвое моложе меня. Ну, почти.
Столовая в нашей клиники находится между приёмным отделением и стационаром, на втором этаже. Здесь всегда вкусно кормят! И многие даже приезжают сюда, исключительно с целью поесть.