— Жаль! Где мне такого нотариуса найти, готового на картежную игру ехать в северный край?
— Выездных найти не проблема. Их пруд пруди. Гораздо сложнее найти сговорчивых — кто не побоится присутствовать на игре и будет держать рот закрытым. Опасное это дело, сами понимаете, многое там может случиться, ведь люди и за копейки убивают. Однако Вам, как всегда повезло со мной! — похвалил себя юрист и надменно улыбнулся. — Есть у меня такой нотариус! Всё сделает. Только отблагодарить его надо будет щедро. Тем более что он ставки своими глазами увидит, да и в путь такой отправится.
— Вопрос за этим не стоит, господин юрист!
— Прекрасно! И ещё — Вы сказали, что скрытую камеру хотите?
Я кивнула.
— Зачем? Поставьте с прямой трансляцией, одновременно записывающую. Причём открыто в доме фермера. Ставки в игре ого-го и нотариус потребует установки камеры в целях собственной безопасности. Игроки ничего не заподозрят и возразить тоже не смогут. А Вы насладитесь «горячей» трансляцией откуда-нибудь из рядом стоящего фургона или дома.
Я коварно усмехнулась, уже представив себе это кино.
— Спрошу у нашего техника. Может, свободная есть, — загорелась я этой идеей.
— А я пойду творить Ваши бумаги! — подошёл он к двери, но задержался у выхода. Не оборачиваясь, намекнул своей спиной, что я должна озвучить стоимость услуги, которую осилю заплатить.
— Я благодарная женщина. Никто без «спасибо» не останется. Но сначала сделка.
— Приятной поездки! — юрист покинул мой кабинет.
Я уже собралась к технику, как в дверь постучал итальянец. Его стук был деликатным, но уверенным, как будто он пришёл в надежде исправить что-то.
— К Вам можно, cara mia?
— Незадолго до этого Вы не спросили разрешения, а просто вошли и вышли. А что теперь случилось?
— Это язвительное замечание — с пикантным pecorino, но излишне, синьора.
Итальянец поставил на стол баночку корректора дорогого итальянского бренда, которая уже была открыта.
— Вы пользуетесь косметикой, синьор акционер? — насмешливо спросила я.
— Исключительно, когда меня лупит Ваш муж, — ответил он и мы оба легонько засмеялись, ведь я вспомнила, что и иностранец отведал кулака полковника и замазывал этим консилером разбитое лицо.
— У нас больше общего, чем мы думаем, — осторожно начал он свою речь. — У нас получился бы замечательный малыш, которого любили бы оба родителя, ведь он бы был рождён от любви, а не по наставлению родителей.
— И в чём же проблема? — с надеждой посмотрела я на итальянца, стараясь убедить его на согласие, словно школьник уговаривающий маму купить велосипед. — Мне даже одна цыганка на вокзале сказала, что Вы способны подарить мне дитя: «чужестранец, обещанный другой, исполнит твоё желание» — уверила она меня.
— Синьора, я уважаю женскую интуицию, но… Вы же умная женщина. Как Вы можете верить вокзальной шарлатанке? Тем более, что на вокзале много прикомандированных чужестранцев с невестами на родине. Выбирайте любого, главное, вместо зачатия, заразу не подцепите.
— Я отчаянная женщина, синьор акционер. Я Вас очень прошу! Я ведь и Вашу мечту исполню — Вы познаете вкус моих губ и нежность интимных ласк, — повела я ладонью по борту его пиджака.