Макс опешил.
— Миллион? Целый миллион? Вот это да!
Он с поклоном принял деньги, но спохватившись, сказал:
— Это не я. Это он, — и указал на скромно стоящего позади всех лисёнка. — Это Кей поймал ниндзя и спас всех нас, ему и полагается отдать деньги.
Он протянул конверт Кею, тот, пока еще не веря своему неожиданному обогащению, робко взял его и благодарно поклонился начальнику полиции.
— Что ж, нам пора в путь. Прощайте!
— Кей, ты теперь богач, настоящий миллионер! — радовались и слегка подтрунивали друзья над Кеем. — И что ты собираешься делать со своим миллионом?
Кей задумчиво смотрел на конверт и ничего не отвечал. Он пока не очень понимал, как теперь ему следует поступить: поделиться со всеми, потратить самому или отдать деньги маме?
Друзья снова залезли в кузов, и машина помчалась в сторону Кагамитама дзиндзя.
Когда они подъехали к храму, их взглядам предстало весьма унылое зрелище: сад совсем зарос высокой сорной травой, оставляя для прохода лишь узкую тропинку. Друзья бросились ко входу и остановились во дворе, поражённые: здание покосилось и, казалось, вот-вот рухнет — до такой степени его источили грязь, пыль и слизь. Макс открыл скрипучую дверь и сразу же увидел Сиенну, которая тёрла щёткой шершавые стены, покрытые множеством волокон застывшей паутины. Он закричал:
— Сиеннушка, мы вернулись! И добыли магатаму!
Она обернулась и бросилась к нему — похудевшая, осунувшаяся. Макс подхватил её на руки, и кошечка замурлыкала, гладясь мордочкой о его щёки. Она была очень рада, что друзья теперь снова вместе и её мытарства закончились. Все эти дни она без устали помогала Ода-сану: мыла, подметала, скребла паутину и склизкую пену, которые выпускал ужасный паук и которые заполоняли собой всё пространство храма, огромными серыми сгустками вырываясь из подвала, — с каждым днём всё больше и больше. Сиенна очень устала.
— Пойдём скорее на улицу, ты кое-кого увидишь! — Макс хитро подмигнул кошечке.
Они вернулись во двор, и Сиенна спрыгнула с рук мальчика. О сколько же было радости, когда она увидела Вулфи! Котики и Кей наперебой рассказывали ей свои приключения, а она лишь слушала, дивилась и иногда утирала кончиком фартука выступившие от переживаний слезинки.
Из двери вышел настоятель.
— Ода-сан, здравствуйте! — обрадовался его появлению Макс. — Мы принесли зеркало и магатаму. Теперь всё будет хорошо.
Юка перевела его слова, и настоятель, не веря своим ушам, бросился к Максу, который уже вынимал из рюкзака священные предметы.
Ода-сан с благоговением взял реликвии и стал разглядывать магатаму.
— Да, это она. Невероятно! Где же вы её нашли, кто владел ею столько времени?
— Королева кошек Акума подарила её Матильде за то, что та вернула ей способность спать. Акума сказала, что её отец отобрал этот камень у короля мышей, и сделала с ним ожерелье. — рассказала Юка.
— Ах вот оно что! Значит, это мыши её украли, — покачал головой настоятель. — Кто бы мог подумать!
— Теперь храм станет новым и красивым? Мы ведь вовремя принесли магатаму, не опоздали? И паук не вылез из подвала? — волновалась девочка.