Тут из правого хода донеслись шаги. Михаил и Аня вернулись с мрачными лицами.
– Там тупик, – сообщил Михаил. – Метров через тридцать ход заканчивается обвалом.
Почти сразу из центрального хода вышли Максим и Руслан.
– У нас тоже тупик, – сказал Руслан. – Проход уходит вниз метров на двадцать, а потом сужается так, что не пролезешь.
Михаил посмотрел на левый ход, а потом на Алису.
– Ну что ж, значит единственный вариант – налево, – весело сказал он. – Какое совпадение.
Руслан же с нечитаемым выражением лица смотрел на Алису и о чем-то размышлял.
– Пошли, – Михаил махнул рукой и двинулся в левый проход.
Через несколько минут ход сузился настолько, что пришлось протискиваться боком. Я чувствовала, как камень давит с двух сторон. В горле стоял ком, дышать становилось тяжело.
– Господи, как же тут душно, – прошептала Аня за моей спиной.
– Еще чуть-чуть, – отозвался Михаил. – Дальше вроде расширяется.
И правда, через несколько метров ход опять расширился. Мы вышли в другой зал, чуть меньше предыдущего. Михаил поставил метку мелом.
Отсюда уходил всего один узкий лаз. Мы снова пошли цепочкой. Ход оказался гораздо уже, чем тот, по которому мы шли до этого. Потолок стал ниже, и Михаилу приходилось пригибаться. Я тоже пригнулась, чувствуя, как холодный шершавый камень царапает макушку.
– Вот блин, – пробормотала Аня. – Еще немного, и придется ползти.
Я внутренне содрогнулась. Надеюсь, до этого не дойдет.
Но дошло.
Еще через пять минут Михаил остановился и посветил вперед. Ход сужался до узкой щели не выше полуметра. Дальше можно было пройти только на четвереньках. Или вообще ползком.
– Вы серьезно? – выдохнула я.
Михаил обернулся и посмотрел на нас.
– Можем вернуться, – сказал он. – Никто не заставляет.
– Нет уж, пойдемте, – скомандовала сзади Аня.
Мужчины и Алиса промолчали.
И мы полезли. Проход постепенно превратился в узкую почти горизонтальную щель. Мы ползли на животе, протискиваясь между камнями, и я, абсолютно неверующая, молилась всем богам сразу, чтобы мы не застряли в этом тоннеле. И отдельное спасибо, что в нашей компании нет толстяков, хоть в чем-то повезло.
Камень царапал локти даже через куртку. Запах сырости смешивался с запахом собственного пота. Сердце колотилось где-то в горле, и я старалась не думать о том, сколько тонн камня над нами и что будет, если начнется обвал.
Наконец мы выбрались в очередной зал. Я выползла следом за Михаилом, встала и отряхнула колени. Руки предательски дрожали от напряжения.
Постепенно подтянулись остальные. Аня вылезла с перепачканным лицом, но с горящими глазами, она явно кайфовала от экстрима. Максим молча выбрался следом, Алиса в своем платье выскользнула легко, почти без усилий, Руслан, недовольно хмурясь, замыкал шествие.
Михаил опять поставил метку.
– Все целы? – спросил он.
Мы закивали.
– Дальше ход идет вниз, – предупредил он. – Но уже не так узко. Пройти можно.
Мы двинулись дальше. Теперь пещера действительно превратилась в лабиринт. Ходы разветвлялись, поворачивали, то поднимались, то снова опускались. Михаил ставил метки мелом на каждом повороте. Я старалась запоминать путь, но уже через десять минут окончательно запуталась.