Хуа Чжи не стала больше расспрашивать. Цаоцао как-то сказала, что ее служанки хорошо всему обучены, – такую похвалу она и правда могла принять. Во всей столице вряд ли сыскалось бы несколько служанок, сравнимых с теми, что работали у нее. И конечно же, все это она получила благодаря своему доверию и попустительству: обычные дела ныне вообще не требовали ее участия, все решалось наилучшим для нее образом.
Лю Сян мелкими шажками вошла с докладом:
– Барышня, прибыли вторая и третья юные госпожи.
Стоявшие в комнате служанки мгновенно выпрямили спины, приняв свой самый лучший вид. Хуа Чжи с улыбкой наблюдала за этим, но ничего не говорила, позволяя им таким образом поддерживать ее собственное лицо.
В роду Хуа издавна повелось, что девушкам давали имена из одного иероглифа, а юношам – из двух. Особых правил не было, просто следовали примеру старших.
Вторая девушка рода Хуа, Хуа Синь, была дочерью из второй ветви. Хотя по возрасту, внешности и прославленности своих талантов она не проигрывала третьей, Хуа Лин, но, поскольку ее отец был сыном наложницы, она постоянно уступала той первенство. Даже по тому, как они вошли к Хуа Чжи, все это было очень заметно: как бы быстро вторая дочь ни шла, Хуа Лин неизменно опережала ее на полшага, занимая главенствующее положение.
– Сестрица.
На этот раз их приветствие прозвучало дружно. Хуа Чжи слегка улыбнулась в ответ, поднялась и сказала:
– Время занятия уже почти наступило. Вы пока ступайте. Сегодня не нужно придерживаться определенного расписания. Между собой решите, кто будет вести уроки первой. Просто учите тому, в чем сами сильны.
Девушки переглянулись, в душе все трепеща от волнения.
Раньше они и мечтать о таком не смели. Но когда узнали, что старшая сестра стала учительницей, в сердце словно зажглось пламя. Если Хуа Чжи, не славившаяся своими способностями, могла стать наставницей, то они, известные собственными талантами, разве не были более достойны такой роли?
Не успели они еще придумать, как уговорить на это почтенную госпожу, как возможность сама постучалась к ним в двери!
Глядя, как они уходят, преисполненные боевого духа, Хуа Чжи вздохнула:
– Хорошо быть молодой.
– … – Служанки переглянулись. Их барышне, кажется, еще и шестнадцати не было. Это ли не молодость?
Глава 57 Открытое противостояние
Почтенная госпожа подъехала на открытом паланкине, который несли четыре мощные женщины. Заслышав ее тихий кашель, Хуа Чжи нарочно замедлила шаг, чтобы бабушка могла прокашляться вволю.
Когда кашель поутих, девушка наконец подошла:
– Бабушка, пойдемте, скоро начало.
Промокнув рот платком, почтенная госпожа слегка кивнула:
– Хорошо.
Открытый паланкин доставили прямо к галерее перед школой. Служанки уже поставили там три стула, один из них – чуть поодаль.
Хуа Чжи тихонько объяснила:
– Внутрь заходить не будем, чтобы не отвлекать детей. Младшие сестры и так будут волноваться. Я также пригласила учителя Му, моего уровня недостаточно, чтобы судить таланты других.
– Ты, как всегда, слишком скромничаешь.
После того как отослали всех служанок и нянечек, учитель Му вышел из другой аудитории, поприветствовал почтенную госпожу и сел на стоявший поодаль стул.