— Так, разумеется, вернут. Только на эти копейки новое жильё не снимешь.
— А друзья? У тебя есть друзья?
— В столице — только один. Младше меня на пару лет, но переехал в эту страну к отцу, ещё подростком. Устроен, конечно, лучше, чем я. Мы вместе служили, но он сейчас контрактником на Ближнем Востоке работает. Безумный! В Ираке с Америкой война, а он в самый очаг рванул — население местное от бандитских группировок защищать.
— Ну, почему сразу безумный, может, он просто смелый парень, и это его миссия, подсказанная бравым сердцем.
— Да без разницы! Нет здесь его, а мне скоро ночевать будет негде!
— Это плохо…
— Может, я… поживу здесь… в кинологическом центре? — Рыжик взглянул на меня исподлобья. — Хоть в сторожевой будке, точно собака. Зато под дождём мокнуть не буду.
Я помолчала несколько секунд, ещё раз взвешивая своё решение, вспоминая доводы собаковода, приёмной мамы и свои, а потом сказала:
— Ты больше не работаешь сторожем при центре.
— Что?! — вскочил он со стула. — Это твой муж меня увольняет? Или ты решила, что служебный роман — табу, и хочешь от меня избавиться?
— Успокойся! Контролируй эмоции! — прикрикнула я на парнишку, и вдруг вспомнила себя в его возрасте, когда полковник точно так же осаживал меня.
— Да вы что, сговорились все?! — сорвался Рыжик. — Мало того что мне жить теперь негде, так ещё и без работы остался?!
— Я назначаю тебя своим секретарём, — резко оборвала я его, желая подарить спокойствие и выход из сложностей, как с проживанием, так и с финансами.
— Секретарём? — нахмурился парень.
— Да. Должность вакантна. Зарплата — значительно выше сторожевой. Правда, выплатят её в конце следующего месяца, но пока я могу…
— Стоп! — перебил он. — Секретарём, значит? Я что, сапоги тебе лизать должен? Кофе носить? На задних лапках скакать? Ты ничего унизительнее придумать не смогла — мальчик на побегушках у властной начальницы, капитанши МВД?
Я растерялась. Моё предложение, которое казалось мне спасением, обернулось пощёчиной. Я хлопала ресницами, не зная, что ответить.
— А теперь ты запомни, — Рыжик сел на край стола возле меня. — Ни одна женщина не заставит меня пресмыкаться! Я с Балкан — у нас так не принято. Я лучше на улице жить буду, чем на колени перед бабой встану. Вот тебе мои условия в ответ на твои.
— Пошёл вон, — тихо молвила я, но он не среагировал. — Пошёл отсюда вон, я сказала! — закричала я, когда злость и женское самолюбие перебили шок. Вскочив, я стала бить юного сторожа ладонями по шее, спине и плечам, выгоняя за дверь.
Не ожидав такого напора, он прикрывался руками и спотыкался, ступая вперёд, вываливаясь в приёмную, а уже с лестницы оглянулся на меня испуганным взглядом.
— Чтобы больше я тебя не видела в центре! Исполняй приказ! Убирайся!
Я вернулась в свой кабинет и захлопнула дверь.
Глава 41. Поднять все связи
Разозлившись на Рыжика, я пребывала в дурном настроении весь день. Дело было даже не в его культуре, порицающей работу на женщину, а в том, как он мне это преподнёс: грубо, с оскорблением и унижением меня по половому признаку. А ведь я искренне хотела помочь — вытащить его из будки и поднять с низов до личного ассистента начальства. Но, по всей видимости, для юного парня работа сторожем, которую он считал полноценной специальностью, приносила больше морального удовлетворения, чем должность под непосредственным женским руководством. Как бы то ни было, меня задело его хамское отношение к тому добру, которое я собиралась для него сделать, и потому о прощении в ближайшее время я даже не помышляла.